Сердечно-сосудистый хирург, флеболог, кандидат медицинских наук, работающий в Москве и Смоленске, Дильшот Мамадалиев в интервью изданию «Печь.Инфо» рассказал, почему варикоз считается одной из самых коварных сосудистых патологий, развеял популярные мифы о препаратах, которые не способны вылечить болезнь, а также простым и понятным языком объяснил, как проходит лазерная операция и что именно врачу приходится «сжигать до хрустящей корочки».
Как мечта школьника стала профессией
Дильшот Мамадалиев родился и вырос в Смоленске, учился в школе №16. В детстве он не стремился быть отличником, однако поддержка родителей и старшего брата со временем изменила ситуацию: к выпуску Дильшот окончил школу с золотой медалью. Интерес к точным наукам проявился рано — он участвовал в олимпиадах, а уже в шестом классе, после просмотра фильма о кардиохирургах, твердо решил связать свою жизнь с медициной.
Профильное образование будущий врач получил в Смоленской медицинской академии, которую окончил с красным дипломом. Интернатуру проходил по хирургии, а ординатору по сосудистой хирургии в смоленских медицинских учреждениях — именно там он выполнил свои первые самостоятельные операции. Позднее профессиональный путь привел его в Москву, где он продолжил обучение в ординатуре по общей хирургии.
Сейчас свою профессиональную карьеру Дильшот строит на сочетании клинической практики и науки. Он занимается инновационными исследованиями в области кардиохирургии и флебологии, работает с отечественным оборудованием и разрабатывает собственные методики лечения. По его убеждению, настоящий врач — это не только высокий уровень профессионализма, но и широкий кругозор, опыт работы в разных направлениях и честный подход, при котором во главу угла всегда ставится польза для пациента.
Профильное образование будущий врач получил в Смоленской медицинской академии, которую окончил с красным дипломом. Интернатуру проходил по хирургии, а ординатору по сосудистой хирургии в смоленских медицинских учреждениях — именно там он выполнил свои первые самостоятельные операции. Позднее профессиональный путь привел его в Москву, где он продолжил обучение в ординатуре по общей хирургии.
Сейчас свою профессиональную карьеру Дильшот строит на сочетании клинической практики и науки. Он занимается инновационными исследованиями в области кардиохирургии и флебологии, работает с отечественным оборудованием и разрабатывает собственные методики лечения. По его убеждению, настоящий врач — это не только высокий уровень профессионализма, но и широкий кругозор, опыт работы в разных направлениях и честный подход, при котором во главу угла всегда ставится польза для пациента.
«Мой рецепт прост: чтобы стать профессиональным флебологом не нужно стремиться быть профессиональным флебологом», — с иронией отметил наш собеседник.
И добавил:
«Важно стремиться к большему — к полноценной врачебной компетенции».
Дильшот подчеркивает: чтобы быть хорошим флебологом, недостаточно узкой специализации; нужно быть сосудистым хирургом, немного терапевтом, кардиологом, пульмонологом, хирургом и даже гинекологом, что формирует целостное понимание человеческого организма. Современный термин «врач интегративной медицины» отражает ту же идею: специалист должен обладать знаниями и навыками во всех областях, уметь видеть пациента в целом.
«Раньше это называлось просто — «быть настоящим врачом»», — говорит Дильшот.
По его словам, как показывает практика, отношение к варикозу у многих пациентов легкомысленное — примерно такое же, как к плоскостопию. Заболевание часто воспринимают как незначительную или «возрастную» проблему, которая не требует особого внимания. Однако последствия могут проявиться спустя годы и затронуть уже совсем другие системы организма. Так же, как плоскостопие со временем приводит к проблемам с коленными и тазобедренными суставами, позвоночником и стопами, варикоз долгое время может никак себя не проявлять, пока не перейдет в стадию осложнений.
Итак, всё о коварной болезни – по порядку.
Мнимая и реальная симптоматика варикозной болезни. Почему болят НЕ вены?
На ранних стадиях варикоз, как правило, не вызывает выраженных жалоб. Многие пациенты приходят на прием со словами, что у них «болят вены». С медицинской точки зрения это некорректная формулировка: человек не способен чувствовать сами сосуды. В организме насчитывается около 100 тысяч километров сосудов: если бы мы ощущали каждый, нормальная жизнь была бы невозможна. Природа предусмотрела защитный механизм — сосуды не воспринимаются нами на уровне боли.
Тем не менее дискомфорт при варикозе действительно возможен. Он связан не с венами как таковыми, а с изменениями окружающих тканей. В местах расширения сосудов кожа растягивается, из-за чего появляются тупые, тянущие ощущения, чувство тяжести или жжения. Нарушается местная терморегуляция, и человек может ощущать неприятное тепло в пораженной области. Именно такие симптомы чаще всего и становятся поводом для обращения к врачу — нередко уже на стадии осложнений.
Дильшот отметил, что ощущение тяжести в ногах действительно часто относят к признакам варикоза. Однако, если говорить честно, в большинстве случаев этот симптом связан не с заболеванием вен, а с плоскостопием и неправильным распределением нагрузки на мышцы. Варикозная болезнь лишь усиливает уже существующий дискомфорт, но далеко не всегда является его первопричиной.
Еще один симптом, который пациенты нередко связывают с варикозом, — отеки. При начальных формах заболевания они возникают крайне редко. Чаще всего выраженные отеки появляются уже на запущенных стадиях, когда варикоз заметен невооруженным глазом. В таких ситуациях болезнь проявляется не просто расширенными венами, а осложнениями, что представляет серьезную опасность. Пациенты, как правило, видят выступающую вену и не придают этому значения, тогда как за внешне «безобидным» признаком может скрываться риск тромбоза или трофической язвы.
Тем не менее дискомфорт при варикозе действительно возможен. Он связан не с венами как таковыми, а с изменениями окружающих тканей. В местах расширения сосудов кожа растягивается, из-за чего появляются тупые, тянущие ощущения, чувство тяжести или жжения. Нарушается местная терморегуляция, и человек может ощущать неприятное тепло в пораженной области. Именно такие симптомы чаще всего и становятся поводом для обращения к врачу — нередко уже на стадии осложнений.
Дильшот отметил, что ощущение тяжести в ногах действительно часто относят к признакам варикоза. Однако, если говорить честно, в большинстве случаев этот симптом связан не с заболеванием вен, а с плоскостопием и неправильным распределением нагрузки на мышцы. Варикозная болезнь лишь усиливает уже существующий дискомфорт, но далеко не всегда является его первопричиной.
Еще один симптом, который пациенты нередко связывают с варикозом, — отеки. При начальных формах заболевания они возникают крайне редко. Чаще всего выраженные отеки появляются уже на запущенных стадиях, когда варикоз заметен невооруженным глазом. В таких ситуациях болезнь проявляется не просто расширенными венами, а осложнениями, что представляет серьезную опасность. Пациенты, как правило, видят выступающую вену и не придают этому значения, тогда как за внешне «безобидным» признаком может скрываться риск тромбоза или трофической язвы.
Фото: «Печь.Инфо», создано с помощью ИИ-редактора изображений
Скрытые угрозы
Основная опасность варикозной болезни, подчеркивает врач, заключается не в эстетических дефектах, а в угрозах для жизни. Чаще всего речь идет о тромбозе — состоянии, при котором образовавшийся тромб может оторваться и попасть в легочную артерию, вызвав тромбоэмболию. Это одно из самых тяжелых и потенциально смертельных осложнений. Тромбоз непредсказуем: врачи не могут прогнозировать его, он может возникнуть, когда варикоз еще даже не имеет внешних проявлений, или через пять минут после приема, поэтому УЗИ вен не является профилактикой тромбоза.
Не менее серьезным последствием варикоза являются трофические язвы. Они долго заживают, сопровождаются выраженным болевым синдромом и часто осложняются инфекциями. На фоне расстройств питания кожи нередко развивается рожистое воспаление — острое инфекционное заболевание кожи и подкожной клетчатки, склонное к рецидивам. Несмотря на, казалось бы, безобидное название, болезнь может оставить последствия на всю жизнь: нарушение работы лимфатической системы, хронические отеки и стойкие изменения тканей.
Среди менее распространенных, но крайне опасных осложнений варикоза врач также выделил венозные кровотечения. Они возникают при повреждении истонченной кожи в области варикозных вен, чаще всего под воздействием внешнего фактора. Доктор даже привел пример из своей практики: во время грибной охоты пациент поранил ногу веткой, что привело к массивному кровотечению из варикозно измененной вены. Пострадавшего удалось спасти. Случай, уточнил врач, произошел в Духовщине, где он ранее работал хирургом.
Не менее серьезным последствием варикоза являются трофические язвы. Они долго заживают, сопровождаются выраженным болевым синдромом и часто осложняются инфекциями. На фоне расстройств питания кожи нередко развивается рожистое воспаление — острое инфекционное заболевание кожи и подкожной клетчатки, склонное к рецидивам. Несмотря на, казалось бы, безобидное название, болезнь может оставить последствия на всю жизнь: нарушение работы лимфатической системы, хронические отеки и стойкие изменения тканей.
Среди менее распространенных, но крайне опасных осложнений варикоза врач также выделил венозные кровотечения. Они возникают при повреждении истонченной кожи в области варикозных вен, чаще всего под воздействием внешнего фактора. Доктор даже привел пример из своей практики: во время грибной охоты пациент поранил ногу веткой, что привело к массивному кровотечению из варикозно измененной вены. Пострадавшего удалось спасти. Случай, уточнил врач, произошел в Духовщине, где он ранее работал хирургом.
Варикоз не только женская и возрастная проблема
Распространенное мнение о том, будто варикозом чаще болеют женщины, является мифом. Статистические данные в разных странах действительно отличаются, во многом из-за особенностей подсчета, однако в итоге картина везде примерно одинакова.
Ключевую роль здесь играет не пол, а обращаемость за медицинской помощью. Женщины, как правило, приходят к врачу раньше — в том числе из-за эстетических изменений, которые их беспокоят. Мужчины же склонны откладывать визит к специалисту, поскольку внешний вид вен для них зачастую не является поводом для тревоги. Кроме того, у женщин варикоз нередко проявляется раньше из-за беременности и родов, которые являются серьезным фактором риска. У мужчин симптомы, как правило, возникают позже, в том числе потому, что в современном мире физическая нагрузка в целом снизилась по сравнению с прошлыми десятилетиями.
В большинстве случаев люди начинают всерьез задумываться о состоянии вен и обращаться к врачу в возрасте 30–40 лет. Ранее этот порог был выше, и пациенты приходили за помощью, когда заболевание было уже запущено, с выраженными изменениями вен и осложнениями, включая тромбозы. Из-за этого варикоз долгое время воспринимался как болезнь пожилых.
Кстати, самый ранний возраст пациента с варикозной болезнью, с которым приходилось работать Дильшоту Мамадалиеву, — 14 лет (!). При этом лечение детей имеет свои юридические и организационные особенности. Тем не менее случаи варикоза в подростковом возрасте встречаются, и заболевание может формироваться уже в этот период.
В наши дни улучшение выявляемости связано с развитием медицинских технологий. Если раньше врачи опирались в основном на осмотр и клинический опыт, то сегодня широкое применение ультразвуковой диагностики позволяет обнаружить варикозную болезнь на ранних стадиях — еще до появления видимых изменений.
Ключевую роль здесь играет не пол, а обращаемость за медицинской помощью. Женщины, как правило, приходят к врачу раньше — в том числе из-за эстетических изменений, которые их беспокоят. Мужчины же склонны откладывать визит к специалисту, поскольку внешний вид вен для них зачастую не является поводом для тревоги. Кроме того, у женщин варикоз нередко проявляется раньше из-за беременности и родов, которые являются серьезным фактором риска. У мужчин симптомы, как правило, возникают позже, в том числе потому, что в современном мире физическая нагрузка в целом снизилась по сравнению с прошлыми десятилетиями.
В большинстве случаев люди начинают всерьез задумываться о состоянии вен и обращаться к врачу в возрасте 30–40 лет. Ранее этот порог был выше, и пациенты приходили за помощью, когда заболевание было уже запущено, с выраженными изменениями вен и осложнениями, включая тромбозы. Из-за этого варикоз долгое время воспринимался как болезнь пожилых.
Кстати, самый ранний возраст пациента с варикозной болезнью, с которым приходилось работать Дильшоту Мамадалиеву, — 14 лет (!). При этом лечение детей имеет свои юридические и организационные особенности. Тем не менее случаи варикоза в подростковом возрасте встречаются, и заболевание может формироваться уже в этот период.
В наши дни улучшение выявляемости связано с развитием медицинских технологий. Если раньше врачи опирались в основном на осмотр и клинический опыт, то сегодня широкое применение ультразвуковой диагностики позволяет обнаружить варикозную болезнь на ранних стадиях — еще до появления видимых изменений.
«Сейчас уже очевидно, что варикоз встречается у людей разного возраста и пола, а не является проблемой исключительно старшего поколения», — резюмировал наш собеседник.
Фото: «Печь.Инфо», создано с помощью ИИ-редактора изображений
Наследственная предрасположенность
Отвечая на вопрос о том, является ли варикоз наследственным или приобретенным заболеванием, Дильшот отметил, что это один из самых сложных и до конца не изученных аспектов проблемы. Точный механизм развития варикозной болезни до сих пор неизвестен, и однозначного ответа, почему она возникает, медицина пока не дает.
Существующие научные теории сводятся к тому, что в основе заболевания лежит нарушение работы внутренней выстилки сосудов, из-за чего страдает клапанный аппарат вен. Врач подчеркнул, что отсутствие исчерпывающих знаний не позволяет говорить о радикальном излечении варикоза: современные методы лечения в основном направлены на контроль болезни и устранение ее последствий, а не на устранение первопричины.
При этом хорошо известны факторы риска, которые запускают развитие заболевания. Один из них — наследственная отягощенность. Именно поэтому варикоз считается болезнью с наследственной предрасположенностью, но не наследственным заболеванием в прямом смысле слова. Речь идет о сочетании врожденных особенностей сосудистой системы и внешних факторов.
В качестве наглядного примера наш собеседник привел ситуацию из собственной семьи. Его старший брат уже дважды перенес операции на одной и той же конечности с интервалом около десяти лет. Это связано с тем, что варикозную болезнь невозможно «вылечить» окончательно — ее удается лишь сдерживать, поэтому со временем она может возвращаться. Первая операция была выполнена классическим хирургическим методом, вторая — с применением лазерной технологии. При этом сам Дильшот при наличии предрасположенности пока ни разу не оперировался. Однако, подчеркнул он, это не означает, что заболевание не проявится в будущем.
Среди других значимых факторов риска специалист назвал беременность и роды у женщин, тяжелый физический труд — как у мужчин, так и у представителей прекрасного пола, профессиональные занятия спортом, избыточный вес и ожирение. Как правило, эти факторы не действуют по отдельности: заболевание развивается на фоне их совокупности. В какой-то момент наиболее уязвимое звено сосудистой системы не выдерживает нагрузки, и болезнь начинает проявляться клинически. Предсказать этот момент невозможно, поскольку общий механизм развития варикоза до конца не изучен.
Именно поэтому, отметил Дильшот, медики чаще всего вынуждены работать уже с последствиями заболевания. Задача специалиста — качественно и своевременно справляться с осложнениями, а задача пациента — не доводить ситуацию до тяжелых форм и обращаться за медицинской помощью как можно раньше при появлении первых тревожных признаков.
Существующие научные теории сводятся к тому, что в основе заболевания лежит нарушение работы внутренней выстилки сосудов, из-за чего страдает клапанный аппарат вен. Врач подчеркнул, что отсутствие исчерпывающих знаний не позволяет говорить о радикальном излечении варикоза: современные методы лечения в основном направлены на контроль болезни и устранение ее последствий, а не на устранение первопричины.
При этом хорошо известны факторы риска, которые запускают развитие заболевания. Один из них — наследственная отягощенность. Именно поэтому варикоз считается болезнью с наследственной предрасположенностью, но не наследственным заболеванием в прямом смысле слова. Речь идет о сочетании врожденных особенностей сосудистой системы и внешних факторов.
В качестве наглядного примера наш собеседник привел ситуацию из собственной семьи. Его старший брат уже дважды перенес операции на одной и той же конечности с интервалом около десяти лет. Это связано с тем, что варикозную болезнь невозможно «вылечить» окончательно — ее удается лишь сдерживать, поэтому со временем она может возвращаться. Первая операция была выполнена классическим хирургическим методом, вторая — с применением лазерной технологии. При этом сам Дильшот при наличии предрасположенности пока ни разу не оперировался. Однако, подчеркнул он, это не означает, что заболевание не проявится в будущем.
Среди других значимых факторов риска специалист назвал беременность и роды у женщин, тяжелый физический труд — как у мужчин, так и у представителей прекрасного пола, профессиональные занятия спортом, избыточный вес и ожирение. Как правило, эти факторы не действуют по отдельности: заболевание развивается на фоне их совокупности. В какой-то момент наиболее уязвимое звено сосудистой системы не выдерживает нагрузки, и болезнь начинает проявляться клинически. Предсказать этот момент невозможно, поскольку общий механизм развития варикоза до конца не изучен.
Именно поэтому, отметил Дильшот, медики чаще всего вынуждены работать уже с последствиями заболевания. Задача специалиста — качественно и своевременно справляться с осложнениями, а задача пациента — не доводить ситуацию до тяжелых форм и обращаться за медицинской помощью как можно раньше при появлении первых тревожных признаков.
Фото: предоставлено героем публикации
Когда визит к флебологу действительно необходим
Когда же действительно стоит записаться на приём к флебологу? По словам Дильшота, коммерчески ориентированный специалист, как правило, советует приходить всем и как можно скорее. Более того, в частной медицине нередки случаи, когда у пациента «находят» заболевание, которого в действительности нет. С подобной практикой, отметил врач, ему и его коллегам, к сожалению, приходится сталкиваться регулярно.
«Финансовый фактор в частных клиниках иногда становится определяющим. В погоне за прибылью отдельные специалисты идут на сознательное искажение диагноза, предлагая дорогостоящее лечение людям, которым оно не требуется. Формально такие врачи юридически защищены: ультразвуковая диагностика во многом зависит от интерпретации, опыта специалиста и уровня доверия между врачом и пациентом. Документально заболевание «зафиксировано», а доказать недобросовестность практически невозможно. В профессиональной среде таких специалистов называют «коммерческими врачами» — они не столько лечат, сколько зарабатывают», — объяснил Дильшот.
В качестве примера он привел случай из собственной практики. Пациенту ранее предложили провести операцию на обеих ногах по цене около 400 тысяч рублей. Когда человек обратился за вторым мнением — к Дильшоту — выяснилось, что показаний к хирургическому вмешательству фактически не было:
«При желании я мог бы «сделать вид», что выполню ту же процедуру, но вдвое дешевле. Подобные действия по сути являются профессиональным преступлением, за которым следует полное примирение с совестью ради денег. Кроме того, после реальных вмешательств некоторых «профессионалов» нередко приходится исправлять последствия чужой работы: здоровые вены бывают повреждены, а пациент в итоге нуждается в повторном лечении уже по реальным показаниям».
По мнению Дильшота, обращаться к флебологу имеет смысл тогда, когда человека действительно что-то беспокоит. Это могут быть боли или выраженный дискомфорт в ногах, ощущение тяжести, визуально заметные расширенные вены, отеки. Но даже в этом случае задача врача — прежде всего разобраться, действительно ли проблема носит венозный характер. Иногда пациенту достаточно ортопедических стелек и рекомендаций по нагрузке, а не сосудистого лечения. Наиболее правильный путь — регулярное наблюдение у специалиста общего профиля: терапевта или кардиолога. Именно такой врач способен оценить картину в целом, собрать жалобы и при необходимости направить пациента к узкому специалисту.
«Флебология остается узкой специальностью, и хороший врач всегда осознает пределы своей компетенции. Поэтому грамотный специалист не будет настаивать на операции с порога. В первую очередь пациенту предложат альтернативы, чаще всего — компрессионный трикотаж. Этот метод не всегда удобен, однако позволяет контролировать заболевание и снижать риски осложнений. Решение о хирургическом вмешательстве всегда должно оставаться за пациентом», — добавил наш собеседник.
Главная задача не проведение операции как таковой, а безопасность и здоровье человека. Важно, чтобы пациент сохранял качество жизни, не сталкивался с тяжелыми, необратимыми осложнениями. Именно поэтому Дильшот призывает не затягивать с обращением за медицинской помощью: своевременная консультация позволяет получить рекомендации и предотвратить развитие опасных последствий, которые уже невозможно будет полностью исправить.
«Сжигаем до хрустящей корочки»
На вопрос о том, как проходит лазерное лечение варикоза и можно ли объяснить суть методики простыми словами, Дильшот Мамадалиев ответил с юмором: «Сжигаем до хрустящей корочки». Эту формулировку, признался врач, флебологи используют между собой вполне профессионально.
По его словам, лазерное лечение варикоза — это не терапия в классическом смысле. Флебологи не «лечат» вену, а выключают ее из кровотока, фактически уничтожая патологически измененный сосуд. Процедура начинается с пункции вены обычным внутривенным катетером — таким же, как используют при постановке капельницы. Через этот прокол внутрь вены вводится лазерный световод. Сам момент его продвижения пациент не ощущает, поскольку сосуды человек физически не чувствует.
По его словам, лазерное лечение варикоза — это не терапия в классическом смысле. Флебологи не «лечат» вену, а выключают ее из кровотока, фактически уничтожая патологически измененный сосуд. Процедура начинается с пункции вены обычным внутривенным катетером — таким же, как используют при постановке капельницы. Через этот прокол внутрь вены вводится лазерный световод. Сам момент его продвижения пациент не ощущает, поскольку сосуды человек физически не чувствует.
Фото: предоставлено героем публикации
Световод проводится по всей длине пораженной вены. После этого выполняется так называемая тумесцентная, или инфильтрационная, анестезия. Вокруг вены создается своеобразная «водяная подушка», которая снижает теплопроводность окружающих тканей и защищает их от воздействия лазера. Несмотря на то что температура в самой вене достигает очень высоких значений, уже на расстоянии около сантиметра тепло практически не ощущается, поэтому процедура в целом переносится комфортно.
Наиболее неприятным этапом, отметил врач, являются сами уколы при создании этой подушки. Пациенты описывают ощущения как чувство распирания, будто внутри надувается шарик. Особенно чувствительными бывают зоны паха, колена и задней поверхности голени. Для снижения дискомфорта в раствор добавляют анестетик, однако полностью исключить неприятные ощущения невозможно. При этом часть пациентов переносит даже этот этап достаточно спокойно.
После подготовки включается лазерное излучение. Аппарат автоматически вытягивает световод, равномерно обрабатывая вену по всей ее длине. В результате сосуд «запаивается» изнутри, и вмешательство на этом заканчивается. Удалять вену физически не требуется: со временем организм сам рассасывает ее. В процесс вовлекается иммунная система, и патологически измененный сосуд постепенно исчезает.
Наиболее неприятным этапом, отметил врач, являются сами уколы при создании этой подушки. Пациенты описывают ощущения как чувство распирания, будто внутри надувается шарик. Особенно чувствительными бывают зоны паха, колена и задней поверхности голени. Для снижения дискомфорта в раствор добавляют анестетик, однако полностью исключить неприятные ощущения невозможно. При этом часть пациентов переносит даже этот этап достаточно спокойно.
После подготовки включается лазерное излучение. Аппарат автоматически вытягивает световод, равномерно обрабатывая вену по всей ее длине. В результате сосуд «запаивается» изнутри, и вмешательство на этом заканчивается. Удалять вену физически не требуется: со временем организм сам рассасывает ее. В процесс вовлекается иммунная система, и патологически измененный сосуд постепенно исчезает.
Фото: предоставлено героем публикации
Как правило, после процедуры остаются лишь небольшие синяки в местах уколов, которые проходят в течение одной-двух недель. Иногда они бывают более выраженными — все индивидуально, но в целом реабилитация проходит легко. Полное рассасывание вены занимает от нескольких месяцев до года, в зависимости от особенностей организма. В течение двух недель возможны тянущие ощущения, которые практические полностью исчезают через две недели, а остальное время до завершения процесса возникают крайне редко. В итоге вена исчезает настолько, что даже при ультразвуковом исследовании не удается обнаружить ее остатков.
Особое внимание врач уделил ключевому этапу процедуры — обработке соустья, места, где варикозная вена впадает в основную венозную магистраль. Именно здесь, по словам Мамадалиева, важно «прожечь до хрустящей корочки». Если этот участок обработан недостаточно качественно, он становится источником быстрого рецидива заболевания. С подобными случаями врачу регулярно приходится сталкиваться как в Смоленской области, так и в Москве. Он привел в пример типичную ситуацию: пациент уверенно рассказывает, что перенес операцию у «известного профессора» в статусной клинике за большие деньги, однако при осмотре выясняется, что оставлен тот самый участок вены, из которого болезнь начинает развиваться заново. В таких случаях, объясняет врач, рецидив возникает не потому, что метод плох, а потому что вмешательство было выполнено некачественно. Услышав это, пациенты часто расстраиваются и обижаются, а иногда вовсе прекращают дальнейшее наблюдение.
Особое внимание врач уделил ключевому этапу процедуры — обработке соустья, места, где варикозная вена впадает в основную венозную магистраль. Именно здесь, по словам Мамадалиева, важно «прожечь до хрустящей корочки». Если этот участок обработан недостаточно качественно, он становится источником быстрого рецидива заболевания. С подобными случаями врачу регулярно приходится сталкиваться как в Смоленской области, так и в Москве. Он привел в пример типичную ситуацию: пациент уверенно рассказывает, что перенес операцию у «известного профессора» в статусной клинике за большие деньги, однако при осмотре выясняется, что оставлен тот самый участок вены, из которого болезнь начинает развиваться заново. В таких случаях, объясняет врач, рецидив возникает не потому, что метод плох, а потому что вмешательство было выполнено некачественно. Услышав это, пациенты часто расстраиваются и обижаются, а иногда вовсе прекращают дальнейшее наблюдение.
«Исправление подобных ситуаций возможно. Да, переделывать чужую работу всегда сложнее, чем изначально выполнить ее правильно, но это не катастрофа. Главное — принять факт, что вмешательство было сделано не полностью, и довести лечение до конца. Это не «развод на деньги», а объективная необходимость, позволяющая надолго забыть о проблеме и больше не возвращаться к ней. Бояться подобных ситуаций не стоит: в медицине, к сожалению, бывают ошибки и недоработки. Важно не закрывать на это глаза, а спокойно разобраться с проблемой, чтобы избежать повторных осложнений в будущем», — поясняет Дильшот.
Фото: предоставлено героем публикации
Минимум запретов, максимум подготовки
Говоря о противопоказаниях и ограничениях к лазерному лечению варикоза, Дильшот отметил, что они существуют, однако их перечень минимален. Чаще речь идет не о запрете на вмешательство, а о необходимости более тщательной и грамотной подготовки пациента. Абсолютными противопоказаниями являются лишь острые состояния, напрямую угрожающие жизни. Все остальные ограничения, как правило, носят относительный характер.
В качестве примера врач привел анемию. Если уровень гемоглобина, к примеру, составляет около
90 г/л, это не означает отказ от процедуры, а лишь требует более аккуратной тактики и стремления к минимальным кровопотерям. При соблюдении этих условий вмешательство остаётся возможным и безопасным.
Самым возрастным пациентом в практике Мамадалиева на данный момент стал 94-летний мужчина с целым «букетом» хронических заболеваний. Наиболее серьезным из них было нарушение сердечного ритма, сопровождавшееся выраженной сердечной недостаточностью. Кроме того, пенсионеру приходилось постоянно принимать антикоагулянты для профилактики сердечных тромбозов, что традиционно повышает риски кровотечений при хирургических вмешательствах. Тем не менее, подчеркнул врач, совместно с кардиологами удалось провести полноценную подготовку, скорректировать терапию и выполнить процедуру без осложнений. Этот случай наглядно демонстрирует: решающим фактором является не сам диагноз, а уровень подготовки и взаимодействия между коллегами-врачами.
Если говорить об онкологии, то ее наличие само по себе не является противопоказанием к лазерному лечению варикоза. В таких ситуациях важно правильно расставить приоритеты. Если основное заболевание находится в активной стадии и требует первоочередного внимания, логичнее сосредоточиться на нем, а варикозную болезнь взять под контроль консервативными методами (например, ношение компрессионного трикотажа).
В качестве примера врач привел анемию. Если уровень гемоглобина, к примеру, составляет около
90 г/л, это не означает отказ от процедуры, а лишь требует более аккуратной тактики и стремления к минимальным кровопотерям. При соблюдении этих условий вмешательство остаётся возможным и безопасным.
Самым возрастным пациентом в практике Мамадалиева на данный момент стал 94-летний мужчина с целым «букетом» хронических заболеваний. Наиболее серьезным из них было нарушение сердечного ритма, сопровождавшееся выраженной сердечной недостаточностью. Кроме того, пенсионеру приходилось постоянно принимать антикоагулянты для профилактики сердечных тромбозов, что традиционно повышает риски кровотечений при хирургических вмешательствах. Тем не менее, подчеркнул врач, совместно с кардиологами удалось провести полноценную подготовку, скорректировать терапию и выполнить процедуру без осложнений. Этот случай наглядно демонстрирует: решающим фактором является не сам диагноз, а уровень подготовки и взаимодействия между коллегами-врачами.
Если говорить об онкологии, то ее наличие само по себе не является противопоказанием к лазерному лечению варикоза. В таких ситуациях важно правильно расставить приоритеты. Если основное заболевание находится в активной стадии и требует первоочередного внимания, логичнее сосредоточиться на нем, а варикозную болезнь взять под контроль консервативными методами (например, ношение компрессионного трикотажа).
«Онкологические пациенты изначально находятся в группе повышенного риска тромбозов, даже при отсутствии варикоза. Именно поэтому им нередко рекомендуют компрессионный трикотаж профилактически. В таких случаях хирургическое вмешательство может не улучшить качество жизни, и тогда его целесообразность становится сомнительной. В каждом подобном случае приходится балансировать между потенциальной пользой и возможными рисками», — поясняет наш собеседник.
В практике флеболога не было ситуаций, когда пациента приходилось бы категорически «разворачивать» уже на операционном столе. Чаще всего проблемы удается выявить заранее, провести необходимую подготовку и выполнить вмешательство в оптимальные сроки. В этом контексте Дильшот вспомнил фразу одного из своих наставников о том, что при правильной подготовке операцию можно выполнить «хоть на кухонном столе»:
«Эта мысль лишь подчеркивает ключевой принцип современной медицины: решает не место и не формальный диагноз, а профессиональный подход, планирование и ответственность врача».
«Чудо-лекарств не существует» или «Пойдите и купите «Крота»
Если говорить о мифах, связанных с варикозом и способах его лечения, то самый главный и живучий из них связан с «чудо-лекарствами» и всевозможными витаминами, якобы способными укрепить сосуды и «вылечить вены». По словам Дильшота, идея срочно «закупиться таблетками» до сих пор остается одной из самых популярных среди пациентов, несмотря на отсутствие доказательной эффективности подобных подходов.
«Вспоминается показательный эпизод из собственной практики и общения с коллегами. Один мой друг — тоже сосудистый хирург — в начале нашей совместной работы приезжал в Смоленск, помогал с первыми выездными консультациями, делился опытом и подсказывал, как лучше выстраивать общение с пациентами. От него однажды прозвучал ответ, который запомнился мне навсегда. Когда пациенты спрашивали: «А как почистить сосуды?», коллега с иронией советовал им «пойти и купить «Крота»». Абсурдность рекомендации мгновенно снимала все иллюзии: сосуды — это не трубы, которые можно прочистить химией. Эта аналогия настолько точная и наглядная, что до сих пор остается одним из лучших способов объяснить пациенту бессмысленность подобных ожиданий», — рассказывает Дильшот.
В лечении и профилактике варикозной болезни действительно существуют меры с доказанной эффективностью — и они хорошо известны. Никакой магии здесь нет. Прежде всего это движение, адекватная физическая активность, контроль массы тела и отказ от крайностей образа жизни. Проще говоря, больше ходить, меньше сидеть без движения и не доводить себя до выраженного избыточного веса.
Именно эти базовые, «скучные» рекомендации работают в долгую, в отличие от таблеток с громкими обещаниями. Все остальное — либо маркетинг, либо самоуспокоение, не имеющее отношения к реальному состоянию вен и механизмам развития варикозной болезни.
Именно эти базовые, «скучные» рекомендации работают в долгую, в отличие от таблеток с громкими обещаниями. Все остальное — либо маркетинг, либо самоуспокоение, не имеющее отношения к реальному состоянию вен и механизмам развития варикозной болезни.
Фото: «Печь.Инфо»
Миф №2 — о «сдавленных венах»
Кому действительно может помочь компрессионный трикотаж? Он показан прежде всего пациентам с венозной недостаточностью. В эту группу входят как люди с варикозной болезнью, так и те, у кого выраженного варикоза нет, но уже сформировался венозный застой, связанный, например, с профессиональными нагрузками или особенностями образа жизни.
Дильшот пояснил, что в медицинской среде существует несколько классификаций венозной недостаточности, однако для пациента важен не термин, а сам принцип действия компрессионного трикотажа. Распространенное мнение о том, что он «сдавливает вены», флеболог назвал мифом. Чтобы действительно сдавить вену, требуется значительное давление, сопоставимое с наложением жгута, чего компрессионный трикотаж не делает.
Дильшот пояснил, что в медицинской среде существует несколько классификаций венозной недостаточности, однако для пациента важен не термин, а сам принцип действия компрессионного трикотажа. Распространенное мнение о том, что он «сдавливает вены», флеболог назвал мифом. Чтобы действительно сдавить вену, требуется значительное давление, сопоставимое с наложением жгута, чего компрессионный трикотаж не делает.
«Трикотаж воздействует не на сосуды напрямую, а на жидкостную среду организма. Поскольку тело человека примерно на 60 процентов состоит из воды, внешняя компрессия создает дополнительное гидростатическое давление, которое работает в противовес силе тяжести. Это помогает венозной крови подниматься вверх, даже в тех случаях, когда клапаны вен функционируют неполноценно», — пояснил Дильшот.
Именно нарушение работы клапанного аппарата чаще всего и лежит в основе венозной недостаточности: кровь начинает возвращаться вниз под действием силы тяжести. Компрессионный трикотаж частично компенсирует этот механизм, улучшая отток крови и снижая выраженность симптомов. Поэтому опасения пациентов по поводу «перетягивания» вен необоснованны — медицинский трикотаж не способен причинить подобный вред при правильном подборе и использовании.
Фото: «Печь.Инфо», создано с помощью ИИ-редактора изображений
Варикозная болезнь не поддается полному излечению
Вопрос о профилактике варикоза пациенты задают регулярно. По словам Дильшота, полностью предотвратить развитие варикозной болезни невозможно: человека нельзя «поставить на паузу», запретить, например, женщинам беременность, а мужчинам физическую нагрузку. Во многом действует принцип естественного течения процессов, на которые невозможно повлиять на сто процентов.
«Еще раз отмечу, что существуют общие рекомендации, способные замедлить развитие заболевания. Главное из них — движение. Венозная система лучше всего работает именно при активности, поэтому регулярная ходьба и умеренные нагрузки имеют принципиальное значение. При сидячей работе рекомендуется каждые 30–60 минут вставать и ходить… Такая простая мера как минимум позволяют отсрочить развитие болезни. Не менее важным фактором является контроль массы тела. Ожирение негативно влияет сразу на несколько систем организма и повышает риски диабета, сердечно-сосудистых заболеваний и варикоза. Поэтому не запускайте себя. Речь идет не о фанатичном следовании правилам, а о разумном балансе», — подчеркивает наш собеседник.
Лучше не доводить ситуацию до тяжелых, необратимых последствий и сразу внимательно относиться к рекомендациям специалистов. Например, если вам назначен компрессионный трикотаж, его необходимо носить регулярно, а не от случая к случаю. Нередко пациенты, убедившись в отсутствии тромбоза на текущий момент, отказываются от профилактики и возвращаются позднее с осложнениями — иногда всего через несколько недель. Ключевым фактором в профилактике осложнений остается честность пациента перед самим собой и ответственное отношение к собственному здоровью.
Если же варикозная болезнь уже сформировалась, вариантов немного: либо постоянное ношение компрессионного трикотажа, либо хирургическое вмешательство. Современные методы лечения позволяют качественно сдерживать болезнь на протяжении примерно десяти лет, хотя полностью излечить ее невозможно.
Если же варикозная болезнь уже сформировалась, вариантов немного: либо постоянное ношение компрессионного трикотажа, либо хирургическое вмешательство. Современные методы лечения позволяют качественно сдерживать болезнь на протяжении примерно десяти лет, хотя полностью излечить ее невозможно.
«Своим близким и друзьям я чаще рекомендую именно лечение. Это не является пропагандой хирургии, но и бояться современных вмешательств не стоит — речь идет о щадящих процедурах с хорошим эстетическим результатом», — добавил Дильшот.
При этом в условиях современного мира коммерческие интересы частных клиник нередко идут вразрез с интересами пациентов.
«Многие приходят в флебологию в погоне за легкими деньгами, что неизбежно приводит к негативным последствиям. Сформировалось целое поколение так называемых «коммерсантов», которые покупают отзывы и выбирают профессию исключительно из-за финансовой выгоды. Сегодня немало людей называют себя флебологами, однако настоящих профессионалов среди них немного. Флебология — крайне узкая и сложная область. При этом некоторые забывают, что врач лечит не «ноги» и не занимается удалением вен исключительно из эстетических соображений. Профессиональный флеболог — это специалист с широкой медицинской подготовкой, внимательный к пациенту, способный видеть причины и последствия заболевания, а не только его внешние проявления.
Отдельно подчеркну: в настоящее время фактически отсутствует интерес к созданию радикального способа лечения варикозной болезни, поскольку существующая модель терапии экономически выгодна. Заболевание приносит доход за счет хирургических вмешательств, расходных материалов и повторных процедур, тогда как появление универсального медикаментозного решения могло бы изменить всю систему. Это моя субъективная позиция, однако глубокое понимание механизмов варикозной болезни способно открыть путь к лечению не только сосудистых патологий, но и таких сложных заболеваний, как атеросклероз и онкология. Подобные прорывы, на мой взгляд, затрагивают интересы гораздо более широкого круга структур и ставят под сомнение существующую модель медицины», — считает Дильшот Мамадалиев.
Фото: предоставлено героем публикации
