На фоне новогодних праздников в мире произошло множество событий, которые словно перевернули привычные представления о международной политике. И, конечно, с первых страниц журналов и газет не сходит имя президента США Дональда Трампа, совершающего действия, еще вчера немыслимые для политика такого ранга. Такие шаги, как арест президента Венесуэлы Николаса Мадуро прямо в президентском дворце, претензии на присоединение к США Гренландии и Канады, заставляют задуматься: действительно ли все это происходит наяву.
Однако стоит отметить, что за яркими заголовками часто остаются незамеченными реакции других государств, равно как и первопричины тех или иных политических шагов. Скрытые хитросплетения и загадки мировой политики нередко лежат за гранью понимания непосвящённых. Журналист издания «Печь.Инфо» попытался приподнять завесу таинственности, побеседовав с политологом, специализирующимся на вопросах нефти и газа, Олегом Джамаловичем Самедовым. Попробуем связать, на первый взгляд, несвязываемое и увидеть невидимое.
Китай в роли канатоходца: нефтяные рынки Ирака и ценообразование
«Что движет мировыми державами в их развитии в наш век технологий? Прежде всего — два вида энергии. Первая — это внутренняя энергия граждан и их сплочённость перед внешними вызовами: желание покорять, достигать, учиться, создавать. Вторая — это нефть, газ, ядерная энергетика. Соединение этих двух компонентов и даёт бурное развитие экономики», — считает аналитик Олег Самедов.
Нефть имеет неоспоримое значение в жизни человечества и в поддержании экономики любой страны. Это энергия, которая заставляет двигаться транспорт, работать производства. Нефть — «кровь» государства. Существование ни одной современной армии невозможно без топлива. В наш технически развитый век техника стала важнее индивидуальной выучки отдельного бойца. Экономика России во многом зависит от продажи энергоресурсов, однако экономика США и Китая также критически зависит от этих источников энергии. Разница лишь в том, что США и Россия в основном продают энергоресурсы, тогда как Китай преимущественно их закупает. Тем не менее это не мешает Пекину оставаться одним из ключевых игроков нефтегазового рынка.
«Один из крупнейших покупателей российской нефти и газа — Китай. Развитые экономические мощности КНР требуют стабильных и масштабных поставок энергоресурсов. При этом стратегия Китая заключается в диверсификации: он закупает нефть и газ у разных производителей. Китай словно балансирует между различными рынками, идя по канату мировой торговли. На Ближнем Востоке он активно работает, в частности, с Ираком — страной, занимающей четвёртое место в мире по запасам нефти, что делает её важным участником глобального энергетического рынка. Несмотря на сложную ситуацию в Ираке на протяжении уже сорока лет, привлекательность этого государства для межконтинентальных нефтяных гигантов не снижается», — рассуждает политолог. — «При этом США стремятся нарастить экспорт нефти и газа другим странам».
Нефть имеет неоспоримое значение в жизни человечества и в поддержании экономики любой страны. Это энергия, которая заставляет двигаться транспорт, работать производства. Нефть — «кровь» государства. Существование ни одной современной армии невозможно без топлива. В наш технически развитый век техника стала важнее индивидуальной выучки отдельного бойца. Экономика России во многом зависит от продажи энергоресурсов, однако экономика США и Китая также критически зависит от этих источников энергии. Разница лишь в том, что США и Россия в основном продают энергоресурсы, тогда как Китай преимущественно их закупает. Тем не менее это не мешает Пекину оставаться одним из ключевых игроков нефтегазового рынка.
«Один из крупнейших покупателей российской нефти и газа — Китай. Развитые экономические мощности КНР требуют стабильных и масштабных поставок энергоресурсов. При этом стратегия Китая заключается в диверсификации: он закупает нефть и газ у разных производителей. Китай словно балансирует между различными рынками, идя по канату мировой торговли. На Ближнем Востоке он активно работает, в частности, с Ираком — страной, занимающей четвёртое место в мире по запасам нефти, что делает её важным участником глобального энергетического рынка. Несмотря на сложную ситуацию в Ираке на протяжении уже сорока лет, привлекательность этого государства для межконтинентальных нефтяных гигантов не снижается», — рассуждает политолог. — «При этом США стремятся нарастить экспорт нефти и газа другим странам».
Нефтегазовая история Ирака — детектив
«За XX век история Ирака пережила немало пертурбаций, которые радикально меняли и экономику, и внешнеполитический курс государства. Главной причиной стало обнаружение крупных запасов нефти в 1950-х и 1970-х годах. Однако нефтяная звезда Ирака периодически меркла из-за нестабильности в регионе. Существенное влияние на развитие нефтедобывающей отрасли оказала восьмилетняя война Ирака с Ираном, длившаяся с 1980-го по 1988 год. Затем последовали захват Кувейта, военные операции США против Ирака, внутренние беспорядки и оккупация страны американскими войсками. Всё это привело к экономическому спаду и снижению добычи нефти, а следовательно — и её экспорта. Стоит отметить, что решение Саддама Хусейна начать войну против Ирана было весьма опрометчивым. Иран, не являясь дружественным государством для США, представлял для Ирака естественную возможность вести более гибкую политическую игру», — рассказывает аналитик.
Однако президент Ирака лишил себя этого дипломатического преимущества. Возможность маневрировать между СССР и США исчезла после того, как Михаил Горбачёв принял решение свернуть взаимодействие с лояльными Советскому Союзу политическими фигурами в Африке, на Ближнем Востоке, в Южной Америке и в других регионах мира.
«Хотя Саддам Хусейн был лоялен СССР весьма условно, даже иллюзию этой лояльности он утратил», — добавляет Олег Джамалович.
По его словам, регион Каспийского бассейна — один из самых богатых в мире по запасам нефти и газа. Значительная часть этих ресурсов сосредоточена в бывших республиках СССР, однако Иран также располагает солидными месторождениями. Кроме того, в юго-западной части Ирана, на границе с Ираком, находятся обширные нефтеносные районы. Контроль над поставками энергоресурсов из этих регионов — мечта любого государства с развитой экономикой. Это позволяет влиять и на логистику, и на ценообразование, подчёркивает Самедов.
Попытки Саддама Хусейна воздействовать на страны Запада путём сокращения или увеличения поставок нефти на мировой рынок дали прямо противоположный эффект. Экономическая значимость Ирака была несопоставима с возможностями США. Даже обладание крупными запасами нефти не стало для Багдада политической защитой. Организация Объединённых Наций ввела эмбарго, фактически заблокировав экспорт нефти.
«В наше время Ирак сотрудничает с различными нефтедобывающими компаниями из развитых стран, включая китайские, которые занимают значительную долю нефтяного рынка страны», — отмечает аналитик.
Однако президент Ирака лишил себя этого дипломатического преимущества. Возможность маневрировать между СССР и США исчезла после того, как Михаил Горбачёв принял решение свернуть взаимодействие с лояльными Советскому Союзу политическими фигурами в Африке, на Ближнем Востоке, в Южной Америке и в других регионах мира.
«Хотя Саддам Хусейн был лоялен СССР весьма условно, даже иллюзию этой лояльности он утратил», — добавляет Олег Джамалович.
По его словам, регион Каспийского бассейна — один из самых богатых в мире по запасам нефти и газа. Значительная часть этих ресурсов сосредоточена в бывших республиках СССР, однако Иран также располагает солидными месторождениями. Кроме того, в юго-западной части Ирана, на границе с Ираком, находятся обширные нефтеносные районы. Контроль над поставками энергоресурсов из этих регионов — мечта любого государства с развитой экономикой. Это позволяет влиять и на логистику, и на ценообразование, подчёркивает Самедов.
Попытки Саддама Хусейна воздействовать на страны Запада путём сокращения или увеличения поставок нефти на мировой рынок дали прямо противоположный эффект. Экономическая значимость Ирака была несопоставима с возможностями США. Даже обладание крупными запасами нефти не стало для Багдада политической защитой. Организация Объединённых Наций ввела эмбарго, фактически заблокировав экспорт нефти.
«В наше время Ирак сотрудничает с различными нефтедобывающими компаниями из развитых стран, включая китайские, которые занимают значительную долю нефтяного рынка страны», — отмечает аналитик.
Китай и экономический бум
«Кипучая энергия китайцев известна во всём мире, — размышляет Самедов. — С 1990-х годов экономика Китая развивается стремительными темпами, чему способствовали инвестиции и технологии Запада. Однако нельзя не учитывать и особенности китайского менталитета: гибкость мышления, быструю адаптацию к рыночным условиям и стремление к достижению стратегических целей. Всё это ведёт Китай к статусу крупнейшей экономики мира — цели, которую в своё время формулировал ещё Мао Цзэдун».
Но без второй составляющей развития — дешёвых и стабильных энергоресурсов — построить структурированную экономику невозможно. Пекин стремился укрепить своё присутствие в нефтегазовом секторе стран, обладающих крупными запасами сырья, таких как Венесуэла, Иран, Ирак и другие. Так, в 2011 году Венесуэла обошла Саудовскую Аравию по объёму разведанных запасов нефти, и Китай серьёзно закрепился в ряде нефтедобывающих государств.
«Сегодня Венесуэла вновь находится в центре внимания мировой общественности», — отмечает Олег Джамалович.
По его словам, несмотря на то что китайская экономика представляет собой социалистическую рыночную модель и отличается от классического капитализма западных стран, ей так же необходима нефть. Вспомните рассказ Джека Лондона «Любовь к жизни», где герой бросает добытое золото, потому что у него не хватает сил нести его дальше. Так вот нефть для экономики — это и есть жизнь. Ради неё и ради процветания страны государства готовы от многого отказаться на пути развития. При этом сам Китай также располагает определёнными запасами нефти. Ещё в IX веке китайский учёный и поэт Дуань Чэнши описывал жирное вещество, похожее на краску, которое вытекало в районе реки Вэйшуй.
Но без второй составляющей развития — дешёвых и стабильных энергоресурсов — построить структурированную экономику невозможно. Пекин стремился укрепить своё присутствие в нефтегазовом секторе стран, обладающих крупными запасами сырья, таких как Венесуэла, Иран, Ирак и другие. Так, в 2011 году Венесуэла обошла Саудовскую Аравию по объёму разведанных запасов нефти, и Китай серьёзно закрепился в ряде нефтедобывающих государств.
«Сегодня Венесуэла вновь находится в центре внимания мировой общественности», — отмечает Олег Джамалович.
По его словам, несмотря на то что китайская экономика представляет собой социалистическую рыночную модель и отличается от классического капитализма западных стран, ей так же необходима нефть. Вспомните рассказ Джека Лондона «Любовь к жизни», где герой бросает добытое золото, потому что у него не хватает сил нести его дальше. Так вот нефть для экономики — это и есть жизнь. Ради неё и ради процветания страны государства готовы от многого отказаться на пути развития. При этом сам Китай также располагает определёнными запасами нефти. Ещё в IX веке китайский учёный и поэт Дуань Чэнши описывал жирное вещество, похожее на краску, которое вытекало в районе реки Вэйшуй.
Инвестиции и нефть — бикфордов шнур китайского экономического бума
«Несмотря на то что Китай не обладает крупными запасами нефти, его нефтедобывающие компании входят в число крупнейших в мире. Одним из секретов столь стремительного роста стало использование особой системы привлечения инвестиций, — объясняет Олег Джамалович. — Нефтегазовые корпорации создавали дочерние компании с наиболее привлекательными активами и выводили их на биржи, тогда как менее доходные активы оставались в материнских структурах. Так, крупнейшая нефтяная корпорация China National Petroleum Corporation создала компанию PetroChina, которой были переданы нефтяные и газовые месторождения, а также нефтеперерабатывающие заводы CNPC. Примечательно, что PetroChina зарегистрирована в Гонконге и Нью-Йорке. Это позволило китайским компаниям привлекать значительные инвестиции и расширять своё присутствие, в том числе в нефтеносных районах Ирака и других стран».
В среднем рост экономики Китая за последние тридцать лет составлял около девяти процентов в год. Это позволило переселить миллионы людей из сельской местности в города и превратить самую густонаселённую страну мира в мощную индустриальную державу.
«Продолжение беспорядков в Иране и возможное начало военного конфликта напрямую затрагивают интересы Китая как в Иране, так и в Ираке. В случае эскалации конфликта вероятна блокировка Ормузского пролива, что приведёт к остановке поставок нефти из этих стран в КНР. Далее последует рост мировых цен на нефть, способный нанести серьёзный удар по китайской экономике. В свою очередь снижение производства в Китае вызовет цепную реакцию, затронув производство и торговлю во многих странах, включая США. Для смягчения удара по американской экономике потребуется дополнительный политико-экономический ход, способный подстраховать рынок. Громкие заявления не всегда приводят к реальным изменениям: иногда фантом действий, подкреплённый резкой риторикой, в мировой политике оказывается эффективнее прямого противостояния», — завершает анализ Олег Джамалович.
Мы продолжаем следить за ситуацией, разворачивающейся на международной арене. Парадокс современного мира заключается в том, что регионы, находящиеся на значительном расстоянии друг от друга, оказывают прямое влияние на внутренние экономические процессы государств.
В среднем рост экономики Китая за последние тридцать лет составлял около девяти процентов в год. Это позволило переселить миллионы людей из сельской местности в города и превратить самую густонаселённую страну мира в мощную индустриальную державу.
«Продолжение беспорядков в Иране и возможное начало военного конфликта напрямую затрагивают интересы Китая как в Иране, так и в Ираке. В случае эскалации конфликта вероятна блокировка Ормузского пролива, что приведёт к остановке поставок нефти из этих стран в КНР. Далее последует рост мировых цен на нефть, способный нанести серьёзный удар по китайской экономике. В свою очередь снижение производства в Китае вызовет цепную реакцию, затронув производство и торговлю во многих странах, включая США. Для смягчения удара по американской экономике потребуется дополнительный политико-экономический ход, способный подстраховать рынок. Громкие заявления не всегда приводят к реальным изменениям: иногда фантом действий, подкреплённый резкой риторикой, в мировой политике оказывается эффективнее прямого противостояния», — завершает анализ Олег Джамалович.
Мы продолжаем следить за ситуацией, разворачивающейся на международной арене. Парадокс современного мира заключается в том, что регионы, находящиеся на значительном расстоянии друг от друга, оказывают прямое влияние на внутренние экономические процессы государств.
Фото: предоставлено "Печь.Инфо"
