«Люди испокон веков стремились получить драгоценные камни, крупный жемчуг, украшения из золота и так далее, чтобы стать знатными и богатыми. Ради баснословных сокровищ они готовы были совершать дальние плавания по морям, таящим в себе опасности для жизни, прокладывать путь в жаркой пустыне и среди высоких гор, — рассказывает политолог Самедов. — Однако настоящее богатство для человека — это средство поддержания его жизни, то есть еда. Кстати, только в русских сказках можно встретить скатерть-самобранку, а не пещеру Али-Бабы, где можно найти сокровища, на которые можно купить еды, которой не было в доме Али-Бабы до его встречи с пристанищем разбойников. Наши предки глядели в корень и понимали, что, собственно, важно для существования человека».
«В начале ХХ века в Судане был известен британский проект «Гезира» — предприятие, которое должно было стать крупнейшим проектом в области орошаемого сельского хозяйства. «Гезира» была жемчужиной колониального развития не только Судана, но и всей Африки. Ведь доступ воды делал орошаемые поля Судана просто пещерой Али-Бабы, производившей хлопок-сырец для британских текстильных фабрик и закреплявшей роль Судана в Британской империи, — отмечает Олег Самедов. — На момент получения Суданом независимости в 1956 году эта страна являлась обладательницей самого широкого потенциала развития аграрного сектора во всей Африке. Но с начала 1980-х годов в Судане регулярно наблюдалась нехватка продовольствия в наиболее продуктивных аграрных штатах страны. Фактически это происходило из-за уничтожения урожая, препятствий доставке продовольствия той или иной группировкой. Таким образом осуществлялось давление на противную воюющую сторону. Спекулянты, активизирующиеся во время боевых действий, получали возможность нажиться на страданиях суданского народа. Международные организации направляли значительные ресурсы на поддержание населения Судана и Южного Судана. Примерно в 2010 году Всемирная продовольственная организация при ООН осуществила крупнейшую в мире программу экстренного обеспечения продовольствием в Дарфуре. Одновременно с продовольственными программами развертывались военные миротворческие миссии в Судане. Одна из них была развернута в Дарфуре и насчитывала немногим меньше тридцати тысяч солдат, она стоила США полтора миллиарда долларов. Вторая была расположена в Южном Судане, насчитывала примерно десять тысяч солдат и стоила она около одного миллиарда долларов. При этом данные миссии не привели к умиротворению конфликтов в Судане, и нехватка продовольствия также продолжалась и дальше, а в этой стране страдало от голода более половины населения на тот момент. Российская аграрная продукция, безусловно, оказала колоссальную помощь в борьбе с голодом. Также возможно расширить местное производство основных зерновых культур».
«Производительность в Судане заметно повысилась, что позволило удовлетворить потребности, — продолжает политолог. — Предоставление доступных и качественных семян, удобрений и пестицидов имеет важное значение для увеличения местного производства. Но в связи с ростом цен для небольших крестьянских хозяйств вышеупомянутые ресурсы являются труднодоступными. Кроме того, небезопасные логистические пути создают сбои в аграрной системе Судана. Однако поставки аграрной продукции продолжаются в различные районы этой страны, где гуманитарные организации с трудом оказывают поддержку. За производством злаковых культур, которые возможно продавать за границу, последует получение валюты, а значит, и возможность закупок технологий за рубежом. Таким образом, должны быть остановлены внутренние конфликты, чтобы поля не уничтожались, а также должен быть достигнут баланс между продажей злаковых культур за границу и внутри страны во избежание голода в стране. Россия могла бы посодействовать крупномасштабному ведению сельского хозяйства в Судане и на сегодняшний момент поставляет продовольственную продукцию в Судан, которой по большей части является пшеница, а также мука, удобрения и дрожжи. На 2025 год экспорт этой продукции в Судан составил в долларовом эквиваленте 410 миллионов и показал рост в 2,3 раза за этот год. В данном случае основное внимание следует уделить расширению посевных площадей, на которых был выявлен потенциал для выращивания сельскохозяйственных культур, и увеличению поставок семян, удобрений и агрохимикатов. Также необходимо развивать систему защиты посевов от действий военизированных группировок, нацеленных на дестабилизацию продовольственной безопасности в Судане. Возможно попробовать развить механизм адаптации заинтересованных сторон, занимающихся сельским хозяйством в Судане».
«При условии объединения иностранных компаний, имеющих отличные от российских интересы, возможно создание объединения производителей агропромышленной продукции в Судане, что может помочь удержать рынок и сельское хозяйство в этой стране. Ведь договариваться с одним, пусть и большим, игроком намного легче, чем с тысячами, — говорит Самедов. — Но для этого должна существовать централизованная организация на территории Судана, объединяющая сельскохозяйственные производства. Для разрозненных фермерских хозяйств объединение несет, с одной стороны, пропорциональное распределение рисков и выгод. Но, с другой стороны, фермерские хозяйства потеряют самостоятельность и будут зависеть от центрального руководства. Это может также повлиять на ценовую политику и уменьшить доходы этих хозяйств. Таким образом, те или иные компании, перетягивая на свою сторону фермерские хозяйства, образуют одну рыночную систему. Такая рыночная система может при определенных условиях играть значительную роль даже при принятии государственных решений. Борьба между компаниями может пойти за поставки семян, агрохимикатов и различных удобрений. Россия сейчас является ключевым поставщиком зерна».
«В плане доставки российской продукции действительно необходимо продумать слабые места в логистической цепочке. Безопасность, конечно, неотъемлемый фактор при налаживании поставок. Кроме этого, для российских компаний необходима платформа прогнозирования, которая поможет скоординировать импорт и экспорт сельскохозяйственных ресурсов. Возможно, такая платформа уже существует, — продолжает Самедов. — Борьба за контроль над сельскохозяйственным производством между компаниями в ближайшем будущем развернется на территории Судана. Для российских компаний важно создать свои банки семян на территории Судана, а также небольшие предприятия по производству удобрений на месте. Это позволит обойти другие компании. Кроме того, биржа зерновых, контролирующая рынок Судана, усилит позиции российских компаний в этой стране. Это позволит создать сеть местных дистрибьюторов, способных вовремя занять нишу на суданском аграрном рынке. Кроме вышеуказанного, российские сельскохозяйственные университеты могли бы наладить образовательную программу для суданских крестьянских хозяйств. Например, Смоленская государственная сельскохозяйственная академия, имеющая колоссальный опыт в воспитании профессиональных кадров, могла бы быть включена в подобную программу, а также другие российские университеты. Кроме того, сами российские аграрные компании обладают хорошими специалистами в этой области.
Налаживание российских займов для фермерских хозяйств даст возможность российским компаниям еще больше укрепиться в этом регионе. Для привлечения инвестиций также должна быть создана российская финансовая структура, оперирующая на месте и привлекающая вложения для определенных проектов.
Географическое расположение Судана делает его вторым государством после Ливии в цепочке стран, дающих возможность продвигаться компаниям дальше на юг этого континента. Взаимосвязь тут очевидна. Данный коридор создает массу логистических возможностей для нашей страны, поэтому конкуренты будут добиваться того, чтобы эта цепочка была разорвана, а нам нельзя этого допустить. Али-Бабе нужно было знать заклинание, чтобы открыть пещеру с сокровищами, а российским компаниям необходимо сохранить логистическую цепь, соединяющую морское побережье Африки и страны, находящиеся в глубине континента».