Утро 28 февраля 2026 года было ознаменовано началом военной операции «Эпическая ярость» и «Рыкающий лев», которые США и Израиль начали совместно против Ирана. Были использованы преимущественно военно-воздушные и военно-морские силы, так как США не планировали проводить наземную операцию на территории Ирана. Кроме того, вся операция, по замыслу генштаба США, должна была занять короткий промежуток времени и завершиться ликвидацией руководства Ирана еще в первые дни ошеломляющего удара. Известный политолог Олег Самедов об этом и не только — в эксклюзивном комментарии для «Печь.Инфо».
«В Вашингтоне мнения по поводу боевых действий в Иране несколько расходились. Например, Джаред Кушнер, зять Трампа, играющий важную роль в Белом доме, настаивал на военном вмешательстве в Иран. Также и некоторые ведущие конгрессмены, не входившие в блок MAGA, выступали именно за военное вторжение. Итак, США вышли из переговорного процесса с Ираном на тот момент. При этом к берегам Ирана подошли два авианосца и несколько фрегатов. Также использовалось значительное количество самолётов США и Израиля. Был осуществлён ракетно-бомбовый удар по Ирану, — рассказывает эксперт Олег Самедов. — Иран не преминул ответить и объявил о начале операции «Истинное обещание 4». Данная операция заключалась в основном в запуске как баллистических ракет, так и беспилотников, которых Иран сумел накопить огромное количество за последние годы. Это соответствовало ожиданиям, так как было известно, что Тегеран обладает широким спектром различных ракет и беспилотников, которыми нанёс удар по объектам в близлежащих странах — таких как Иордания, Ирак, Бахрейн, Кувейт, Катар, Объединённые Арабские Эмираты и Саудовская Аравия. Кроме того, Тегеран запустил сотни беспилотных летательных аппаратов для ударов по американским базам, расположенным в основном в странах Персидского залива, чтобы убедить США и Израиль прекратить атаки на Иран. Многие из стран Персидского залива заявили о своём праве отреагировать на эти удары. Однако ответа этих стран пока не последовало».
Интересен тот факт, что Иран на сегодняшний день не является самой мощной страной в мире. При этом никто не хочет присоединяться к коалиции США и Израиля, несмотря на то, что Иран наносит удары по их территории.
«Вы знаете, в Африке и в Азии существует такое животное — медоед, — продолжает Самедов. — Это очень небольшой зверек, примерно двенадцать килограммов веса. Однако связываться с ним не хотят ни львы, ни гиены, и даже слон может быть покусан, если не уступит ему дорогу. Он бесстрашен, злобен и мстителен. Если кто-то его укусил, он может вернуться через несколько дней, чтобы воздать обидчику, который и думать про него забыл. При этом он исключительно умен и терпелив. Держать его в зоопарке очень сложно, потому что он постоянно находит способы сбежать из вольера. Во время драки он может укусить противника, который во много раз крупнее, за какое-нибудь «мягкое» место. Например, прыгнуть на открытую пасть крупного хищника и вцепиться ему в язык — это очень болезненно и дезориентирует оппонента. Тут можно провести параллели с иранской военной доктриной. Иран нашел слабое место противника и вцепился в него железной хваткой. Он реализует стратегию «Медоеда»».
Фото: en.wikipedia.org
Во-первых, логистика, связанная с транспортировкой нефти, — весьма уязвимое место в экономике. Дестабилизировать перевозки нефти и сжиженного газа довольно легко, а это наносит нокаутирующий экономический удар и ощутимый вред. Поэтому блокировка Ормузского пролива привела к резкому скачку цен на нефть во всем мире, что влечет за собой общее увеличение цен на все продукты. Во-вторых, Иран ужесточил свою военную доктрину, и теперь для иранского генштаба нет разницы между небольшой или крупной атакой на Иран. В Тегеране возникла мысль, что прежнее нежелание давать ответ на какие-то военные инциденты воспринимается США и Израилем как признак слабости. Таких примеров можно найти множество при прежнем руководстве Ирана. Например, ликвидация генерал-лейтенанта Сулеймани на территории Ирака в 2020 году авиаударом армии США, отмечает эксперт.
США и Израиль рассчитывали продолжать давить военной машиной на Иран. Но теперь непонятно, на кого работает время, считает Самедов. Закрытый Ормузский пролив может оказаться сильным ударом по мировой экономике, и неизвестно, как долго смогут западные компании держать этот удар. Например, в Германии заканчивается авиационное топливо, после чего авиаперевозки, туризм и всё, что связано с авиацией, должно будет остановиться. Стратегия «медоеда» работает на долгосрочную перспективу.
Однако и сам Иран будет ощущать финансовые потрясения. С одной стороны, сказываются экономическая ситуация за годы американских и европейских санкций, возобновление санкций ООН с сентября 2025 года, а также экономические потери, которые Иран понес во время конфликта с США и Израилем. С другой стороны, отмена санкций и возможность получать оплату за пропуск судов через Ормузский пролив могут сделать Иран весьма богатой страной. Кроме того, группировки хуситов могут начать взимать плату за проход судов по Красному морю, что станет дополнительным источником доходов.
При этом расчет на недовольство внутри страны невозможен, так как костяк оппозиции практически ликвидирован и произошла консолидация населения вокруг руководства Ирана. Таким образом, «исламский сценарий», при котором мобилизация иранского народа идет полным ходом, а поддержка правительства Ирана высока, продолжает осуществляться, что может сделать Иран доминирующей силой в регионе. Более того, география этой страны сама предлагает ему руку помощи при длительной осаде: Иран не может быть взят в осаду и окружен, как средневековый город, чтобы перекрыть нефть из Ирана и импортируемые в Иран товары. Ведь на севере Иран прилегает к Каспийскому морю, которое не может контролироваться блоком НАТО. Этот логистический путь может быть использован для доставки всего необходимого и для продажи нефти в другие страны. Но только через Россию, что предоставляет массу шансов и толкает на еще более тесное сотрудничество между нашими странами. Хотя и этот логистический путь сопряжен с серьезными трудностями.
Надо отметить, что помимо беспилотников и ракет Иран также имеет возможность влиять на военизированные группировки в ближневосточном регионе, которые в совокупности являются частью так называемой «Оси сопротивления», куда входят «Хезболла», ХАМАС, хуситы и несколько проиранских групп ополченцев в Ираке. Несмотря на то что президент США несколько раз заявил о победе над Ираном и Иран понес серьезный ущерб, в регионе он уничтожил или нанес серьезный вред более чем десяти американским базам, а блокада Ормузского пролива в долгой перспективе приведет к коллапсу мировой экономики, отмечает политолог.
США и Израиль рассчитывали продолжать давить военной машиной на Иран. Но теперь непонятно, на кого работает время, считает Самедов. Закрытый Ормузский пролив может оказаться сильным ударом по мировой экономике, и неизвестно, как долго смогут западные компании держать этот удар. Например, в Германии заканчивается авиационное топливо, после чего авиаперевозки, туризм и всё, что связано с авиацией, должно будет остановиться. Стратегия «медоеда» работает на долгосрочную перспективу.
Однако и сам Иран будет ощущать финансовые потрясения. С одной стороны, сказываются экономическая ситуация за годы американских и европейских санкций, возобновление санкций ООН с сентября 2025 года, а также экономические потери, которые Иран понес во время конфликта с США и Израилем. С другой стороны, отмена санкций и возможность получать оплату за пропуск судов через Ормузский пролив могут сделать Иран весьма богатой страной. Кроме того, группировки хуситов могут начать взимать плату за проход судов по Красному морю, что станет дополнительным источником доходов.
При этом расчет на недовольство внутри страны невозможен, так как костяк оппозиции практически ликвидирован и произошла консолидация населения вокруг руководства Ирана. Таким образом, «исламский сценарий», при котором мобилизация иранского народа идет полным ходом, а поддержка правительства Ирана высока, продолжает осуществляться, что может сделать Иран доминирующей силой в регионе. Более того, география этой страны сама предлагает ему руку помощи при длительной осаде: Иран не может быть взят в осаду и окружен, как средневековый город, чтобы перекрыть нефть из Ирана и импортируемые в Иран товары. Ведь на севере Иран прилегает к Каспийскому морю, которое не может контролироваться блоком НАТО. Этот логистический путь может быть использован для доставки всего необходимого и для продажи нефти в другие страны. Но только через Россию, что предоставляет массу шансов и толкает на еще более тесное сотрудничество между нашими странами. Хотя и этот логистический путь сопряжен с серьезными трудностями.
Надо отметить, что помимо беспилотников и ракет Иран также имеет возможность влиять на военизированные группировки в ближневосточном регионе, которые в совокупности являются частью так называемой «Оси сопротивления», куда входят «Хезболла», ХАМАС, хуситы и несколько проиранских групп ополченцев в Ираке. Несмотря на то что президент США несколько раз заявил о победе над Ираном и Иран понес серьезный ущерб, в регионе он уничтожил или нанес серьезный вред более чем десяти американским базам, а блокада Ормузского пролива в долгой перспективе приведет к коллапсу мировой экономики, отмечает политолог.
На данный момент для желаемой победы над Ираном президенту США необходимо провести наземную операцию на его территории, поскольку одними атаками с воздуха невозможно взять страну под контроль. Но для этого США не имеют достаточно сил в регионе, а недавняя операция по поиску пилотов показала, что наземное вторжение может закончиться катастрофой. При этом США продолжают концентрировать военно-морские силы в регионе, а также все больше авиации на аэродромах Израиля и Иордании.
Надо отметить, что по замерам общественного мнения, которые проводят государственные учреждения США, война США с Ираном непопулярна и становится все более непопулярной по мере ее продолжения. Лишь немногие американцы поддерживают развертывание наземных войск в этом конфликте. Только 30% американцев полностью или в некоторой степени одобряют действия президента США Трампа по урегулированию иранского конфликта, а 60% не одобряют. Также 28% американцев полностью или в какой-то степени поддерживают войну с Ираном, а 59% выступают против нее. Почти все избиратели Демократической партии (88%) выступают против войны. Две трети опрошенных, не принадлежащих ни к какой партии, также против войны. Большинство избирателей-республиканцев (62%) поддерживают войну. Однако существует большой разрыв в поддержке между республиканцами — членами движения MAGA («Сделаем Америку снова великой») и республиканцами, не поддерживающими это движение. Так, 79% республиканцев поддерживают действия президента, а 33% против, что весьма значительно. При этом среди республиканцев сторонников MAGA примерно в два раза больше, чем не-сторонников. Поэтому мнение MAGA определяет общие взгляды республиканцев.
Но только 14% американцев поддерживают отправку наземных войск в Иран, в то время как 62% выступают против этого. Также почти все избиратели-демократы и 66% тех, кто не поддерживает какую-либо партию, выступают против отправки наземных войск. В Республиканской партии мнения разделились: 30% — за отправку, 37% — против. Эти данные говорят о том, что риски при проведении наземной операции слишком высоки, и решиться на нее при отсутствии явной поддержки населения весьма чревато для Республиканской партии в целом, если что-то пойдет не так.
Надо отметить, что по замерам общественного мнения, которые проводят государственные учреждения США, война США с Ираном непопулярна и становится все более непопулярной по мере ее продолжения. Лишь немногие американцы поддерживают развертывание наземных войск в этом конфликте. Только 30% американцев полностью или в некоторой степени одобряют действия президента США Трампа по урегулированию иранского конфликта, а 60% не одобряют. Также 28% американцев полностью или в какой-то степени поддерживают войну с Ираном, а 59% выступают против нее. Почти все избиратели Демократической партии (88%) выступают против войны. Две трети опрошенных, не принадлежащих ни к какой партии, также против войны. Большинство избирателей-республиканцев (62%) поддерживают войну. Однако существует большой разрыв в поддержке между республиканцами — членами движения MAGA («Сделаем Америку снова великой») и республиканцами, не поддерживающими это движение. Так, 79% республиканцев поддерживают действия президента, а 33% против, что весьма значительно. При этом среди республиканцев сторонников MAGA примерно в два раза больше, чем не-сторонников. Поэтому мнение MAGA определяет общие взгляды республиканцев.
Но только 14% американцев поддерживают отправку наземных войск в Иран, в то время как 62% выступают против этого. Также почти все избиратели-демократы и 66% тех, кто не поддерживает какую-либо партию, выступают против отправки наземных войск. В Республиканской партии мнения разделились: 30% — за отправку, 37% — против. Эти данные говорят о том, что риски при проведении наземной операции слишком высоки, и решиться на нее при отсутствии явной поддержки населения весьма чревато для Республиканской партии в целом, если что-то пойдет не так.
«В заключение можно отметить, что любой сценарий военной конфронтации между США и Ираном будет сосредоточен на логистике. Недавние переговоры показали, что стороны зашли в тупик, и ситуация может быть заморожена на долгое время. Сейчас стало понятно, что другие страны Ближнего Востока, в том числе и Саудовская Аравия, не хотят принимать участие в конфликте, а это означает, что необходимо рассчитывать только на свои силы. В Ираке существуют как проиранские, так и антииранские силы, в связи с чем удары по Ираку наносили и США, и Иран, что привело к тому, что антииранские силы еще меньше хотят ввязываться в долгосрочный наземный конфликт. В то же время «Хезболла» была ослаблена недавними операциями Израиля, в ходе которых были убиты многие лидеры и бойцы, что значительно снизило её способность нанести ответный удар на данный момент. В случае падения Ирана это может привести к расширению зоны нестабильности, которая также затронет Афганистан, Ирак и Сирию, а также другие близлежащие страны. Кроме того, это колоссальные экономические потери для Китая, которому необходима иранская нефть. На данный момент выход из конфликта неочевиден. Медоед не может съесть льва, но и льву этот агрессивный зверек не по зубам… Будем следить за развитием конфликта и надеяться на мирное разрешение», — резюмировал Олег Самедов.
