Под будущим университетским кампусом — остатки древнерусского дома, принадлежавшего, возможно, князю. Археологи Института археологии РАН завершили крупнейшие раскопки десятилетия и показали, как выглядит подземный Смоленск.
В 2025 году экспедиция Института археологии РАН провела масштабные раскопки в Смоленске на улице Пржевальского дом 4 — самые крупные по площади за последнее десятилетие. Раскоп был заложен на незастроенном участке на перекрёстке улиц Ногина и Пржевальского, к западу от старого корпуса СмолГУ. Это здание, стоит отметить, ранее было Смоленским епархиальным женским училищем, построенным в 1898–1901 годах. Интересно, что именно перед центральным входом СмолГУ, где и велись археологические работы, планируют возвести один из первых корпусов межвузовского кампуса в Смоленске.
7 октября археологи официально завершили полевые исследования на кампусе, и место работ было «законсервировано» до 2026 года. Журналисты издания «Печь.Инфо» пообщались со специалистом Института археологии РАН, руководителем раскопок Натальей Алексеевной Сарафановой, которая подвела итоги масштабных и сенсационных работ.
В 2025 году экспедиция Института археологии РАН провела масштабные раскопки в Смоленске на улице Пржевальского дом 4 — самые крупные по площади за последнее десятилетие. Раскоп был заложен на незастроенном участке на перекрёстке улиц Ногина и Пржевальского, к западу от старого корпуса СмолГУ. Это здание, стоит отметить, ранее было Смоленским епархиальным женским училищем, построенным в 1898–1901 годах. Интересно, что именно перед центральным входом СмолГУ, где и велись археологические работы, планируют возвести один из первых корпусов межвузовского кампуса в Смоленске.
7 октября археологи официально завершили полевые исследования на кампусе, и место работ было «законсервировано» до 2026 года. Журналисты издания «Печь.Инфо» пообщались со специалистом Института археологии РАН, руководителем раскопок Натальей Алексеевной Сарафановой, которая подвела итоги масштабных и сенсационных работ.
Фото: vk.com/clubseiaran
«Капсула времени» из пепла: как пожар XIII века сохранил для нас древнерусский быт
«Мы начали работы в апреле этого года и копали всё это время практически без перерывов. У нас много интересных открытий, — рассказала Наталья Сарафанова. — Но прежде чем перейти к находкам, расскажу общую канву. Дело в том, что эта территория ранее никогда не изучалась археологами. Впервые её исследует наша экспедиция — Смоленская археологическая экспедиция Института археологии Российской академии наук. Площадь раскопа очень большая — 1300 квадратных метров. Мы копали последовательно, разными участками.
Так, на одном из участков очень хорошо сохранился культурный слой XVII века. Мы его изучили и обнаружили множество предметов того времени — в том числе хвостатые пули, бытовые вещи: ножи, ключи. Есть также следы вооружения, предметы, относящиеся к конской упряжи и сбруе. Найдены и элементы, которые прикреплялись к одежде военных. Всё это говорит о том, что в тот период территория использовалась и военными — здесь происходили какие-то сражения, о чём свидетельствует большое количество пуль. Также в этом слое мы обнаружили много монет XVI-XVII вв. разного времени.
Получается, что этот слой достаточно сильно перемешан, а это указывает на то, что здесь проводились сельскохозяйственные работы. Слой копали, перекапывали лопатами, распахивали — и всё это происходило в XVII веке. Помимо огородного слоя, мы обнаружили на этой территории два больших пятна, которые интерпретируем как остатки деревянных домов. То есть можно точно сказать, что в XVII веке здесь стояли два дома, а вокруг был огород, на котором, собственно, и найдены пули, монеты и другие предметы. Других конструкций, характерных для XVII века, на этой территории мы не нашли».
А вот нижние слои оказались более информативными: они относятся ко второй половине XII — началу XIII века, есть и материалы второй половины XIII века. На одном из участков располагался дом, который сгорел во второй половине — конце XIII века, если быть точнее, в 60-е годы того столетия. Парадоксальным образом именно благодаря сильному пожару постройка хорошо сохранилась. Дело в том, что в сухом слое древесина обычно не выдерживает испытания временем, а вот угли, напротив, доходят до нас в отличном состоянии. Благодаря этому мы можем видеть полы и нижние венцы сруба.
«И вот как дом сгорел, разрушился, так всё и осталось на полах», — рассказывает археолог.
На своём месте остались стоявшие горшки, лежали предметы быта, украшения, нательные крестики, шиферные пряслица, ножи и стеклянные браслеты. Именно этот целостный комплекс находок и позволил учёным точно датировать сооружение.
До этого события здесь, начиная с середины XII века, формировался культурный слой, представленный серой и коричневой супесью. Его относят к периоду с середины XII по начало XIII века. В этом пласте сохранилась уникальная постройка, которую специалисты демонстрируют сегодня. А в самом слое было обнаружено значительное количество артефактов — не только внутри сооружения, но и по всей территории раскопок. Среди находок — множество стеклянных браслетов, предметы личного благочестия, такие как нательные крестики: их подвешивали на верёвочку или кожаный ремешок, носили и впоследствии теряли. Также были найдены шиферные пряслица, бусы из горного хрусталя и сердолика и даже костяной гребень — большая редкость, учитывая, что органика в таких условиях сохраняется плохо. Подобный тип культурного слоя не щадит органические материалы, зато отлично сохраняет предметы из плотных веществ — стекла, бронзы и железа.
Поскольку органика в такой среде разрушается, закономерно возникает вопрос: были ли обнаружены человеческие останки? Нет, их найдено не было. Наталья Алексеевна поясняет, что в суглинистом слое даже животные кости и кухонные остатки доходят до нас фрагментарно. Несмотря на очень большую площадь раскопок, костей было обнаружено совсем немного. Это подтверждает характеристику местного культурного слоя, в котором органика полностью истлевает, оставляя после себя лишь цветовые следы. Эти следы хорошо видны: жёлтый цвет обозначает материк — изначальную поверхность, на которую пришёл человек. Затем начал нарастать культурный слой — чёрный и коричневый, что видно ближе к краю раскопа.
Позже на этом месте человек начал строить, копать хозяйственные ямы, а когда здесь стоял дом XIX века — прокладывать траншеи. В начале XX века к нему подвели коммуникации, выкопали колодец и провели воду по трубам.
До этого события здесь, начиная с середины XII века, формировался культурный слой, представленный серой и коричневой супесью. Его относят к периоду с середины XII по начало XIII века. В этом пласте сохранилась уникальная постройка, которую специалисты демонстрируют сегодня. А в самом слое было обнаружено значительное количество артефактов — не только внутри сооружения, но и по всей территории раскопок. Среди находок — множество стеклянных браслетов, предметы личного благочестия, такие как нательные крестики: их подвешивали на верёвочку или кожаный ремешок, носили и впоследствии теряли. Также были найдены шиферные пряслица, бусы из горного хрусталя и сердолика и даже костяной гребень — большая редкость, учитывая, что органика в таких условиях сохраняется плохо. Подобный тип культурного слоя не щадит органические материалы, зато отлично сохраняет предметы из плотных веществ — стекла, бронзы и железа.
Поскольку органика в такой среде разрушается, закономерно возникает вопрос: были ли обнаружены человеческие останки? Нет, их найдено не было. Наталья Алексеевна поясняет, что в суглинистом слое даже животные кости и кухонные остатки доходят до нас фрагментарно. Несмотря на очень большую площадь раскопок, костей было обнаружено совсем немного. Это подтверждает характеристику местного культурного слоя, в котором органика полностью истлевает, оставляя после себя лишь цветовые следы. Эти следы хорошо видны: жёлтый цвет обозначает материк — изначальную поверхность, на которую пришёл человек. Затем начал нарастать культурный слой — чёрный и коричневый, что видно ближе к краю раскопа.
Позже на этом месте человек начал строить, копать хозяйственные ямы, а когда здесь стоял дом XIX века — прокладывать траншеи. В начале XX века к нему подвели коммуникации, выкопали колодец и провели воду по трубам.
«И этот дом стоял, обеспеченный водой», — отмечает наша собеседница.
После того как здание было разрушено в 1941 году, территория пришла в запустение и больше не застраивалась. Такова специфика культурного слоя именно на этом участке.
Фото: "Печь.Инфо"
При этом на других участках Смоленска, где проходили раскопки, ситуация совершенно иная. Например, на улице Соболева в одном из шурфов было обнаружено кладбище. Там так называемый «мокрый» культурный слой полностью сохранил органические остатки: деревянные гробы дошли до нас в неизменном виде.
«В подобном слое, в воде, полностью сохраняются, например, древесина, остатки домов — срубы, частоколы, заборы», — заключила археолог.
«Да, это сенсация», или будущий Кампус с наследием
Но самое ценное — остатки уникальной каменной постройки. Она сложена из плинфы — средневекового кирпича. В Смоленске немало церквей, возведённых из такого кирпича, однако эта постройка — лишь третья по счёту гражданская. Её уникальность именно в том, что это не культовое, а гражданское сооружение, причём оно очень хорошо сохранилось по археологическим меркам.
Уникальный объект расположен в северо-восточной части раскопа. Это сооружение прямоугольной формы, размерами примерно 6 на 8 метров, вытянутое с севера на юг, с примыкающим с юга небольшим тамбуром. Большая часть каменных стен находится ниже уровня дневной поверхности XII века (в некоторых местах — до полутора метров), что позволяет предположить: перед нами заглублённое подполье или подвал каменной постройки, возвышавшейся над землёй. Верхние части не сохранились, однако невысокие останцы кладки отмечены в двух местах.
Но самое ценное — остатки уникальной каменной постройки. Она сложена из плинфы — средневекового кирпича. В Смоленске немало церквей, возведённых из такого кирпича, однако эта постройка — лишь третья по счёту гражданская. Её уникальность именно в том, что это не культовое, а гражданское сооружение, причём оно очень хорошо сохранилось по археологическим меркам.
Уникальный объект расположен в северо-восточной части раскопа. Это сооружение прямоугольной формы, размерами примерно 6 на 8 метров, вытянутое с севера на юг, с примыкающим с юга небольшим тамбуром. Большая часть каменных стен находится ниже уровня дневной поверхности XII века (в некоторых местах — до полутора метров), что позволяет предположить: перед нами заглублённое подполье или подвал каменной постройки, возвышавшейся над землёй. Верхние части не сохранились, однако невысокие останцы кладки отмечены в двух местах.
Фото: "Печь.Инфо"
Как сообщается на сайте archaeolog.ru, стены здания довольно тонкие (60–70 см), сложенные из плинфы — кирпича византийской формы (широкого и плоского), который широко применялся в каменных постройках Древней Руси домонгольского периода X – начала XIII веков. На торцах плинфы обнаружено значительное количество выпуклых знаков, напоминающих буквы древнерусского алфавита. Подобные знаки характерны для кирпичей домонгольских южнорусских построек, в частности для смоленских. Вероятно, они обозначали разные партии строительного материала.
Кроме того, на плоской верхней стороне плинфы отмечены овальные клейма, возможно, помечавшие работу отдельных мастеров. В качестве связующего раствора использовалась специальная смесь с включением дроблёной плинфы — характерная для того времени.
В южной, более узкой части сооружения, обнаружены ступени лестницы, спускавшейся в подвальное помещение. В северную часть, исследованную пока не полностью, вела наполовину сохранившаяся арка в стене. Здесь был устроен коробовый свод, выведенный не от стен, а от внутренних прикладок к боковым стенам. Вероятнее всего, этот свод держал перекрытие основной части здания.
Обнаруженное археологами гражданское сооружение, скорее всего, — терем, то есть часть жилого комплекса, где проходили торжественные мероприятия: официальные приёмы и пиры. Это предположение подтверждает находка рядом вислой свинцовой печати, скреплявшей какой-то документ и принадлежавшей одному из смоленских князей. Построить в то время гражданское каменное здание мог только князь или представитель знати.
Для понимания редкости найденного объекта стоит отметить, что до сих пор археологи обнаружили в Смоленске лишь два каменных терема: один — в кремле, неподалёку от Успенского собора, другой — за Днепром, у церкви Петра и Павла. Таким образом, это — третье по счёту каменное гражданское сооружение, сохранившееся от домонгольского времени в Смоленске. В Новгороде же известен всего один домонгольский терем, построенный архиепископом.
Терем в южной части древнего Смоленска предстоит ещё доисследовать, изучить все кладки и детали необычного здания. Но уже сейчас ясно, что открыт выдающийся объект, свидетельствующий о прошлом города и культуре Древней Руси в целом.
Кроме того, на плоской верхней стороне плинфы отмечены овальные клейма, возможно, помечавшие работу отдельных мастеров. В качестве связующего раствора использовалась специальная смесь с включением дроблёной плинфы — характерная для того времени.
В южной, более узкой части сооружения, обнаружены ступени лестницы, спускавшейся в подвальное помещение. В северную часть, исследованную пока не полностью, вела наполовину сохранившаяся арка в стене. Здесь был устроен коробовый свод, выведенный не от стен, а от внутренних прикладок к боковым стенам. Вероятнее всего, этот свод держал перекрытие основной части здания.
Обнаруженное археологами гражданское сооружение, скорее всего, — терем, то есть часть жилого комплекса, где проходили торжественные мероприятия: официальные приёмы и пиры. Это предположение подтверждает находка рядом вислой свинцовой печати, скреплявшей какой-то документ и принадлежавшей одному из смоленских князей. Построить в то время гражданское каменное здание мог только князь или представитель знати.
Для понимания редкости найденного объекта стоит отметить, что до сих пор археологи обнаружили в Смоленске лишь два каменных терема: один — в кремле, неподалёку от Успенского собора, другой — за Днепром, у церкви Петра и Павла. Таким образом, это — третье по счёту каменное гражданское сооружение, сохранившееся от домонгольского времени в Смоленске. В Новгороде же известен всего один домонгольский терем, построенный архиепископом.
Терем в южной части древнего Смоленска предстоит ещё доисследовать, изучить все кладки и детали необычного здания. Но уже сейчас ясно, что открыт выдающийся объект, свидетельствующий о прошлом города и культуре Древней Руси в целом.
Фото: "Печь.Инфо"
Вот что рассказала изданию «Печь.Инфо» Наталья Сарафанова. По её словам, это большой дом, построенный из плинфы — средневекового кирпича, на котором сохранилось множество знаков: археологи обнаружили 11 их разновидностей. Она пояснила, что сооружение состоит из основной части и пристройки, где находится лестница, ведущая вниз, в подвальное помещение.
Археолог обратила внимание на своды, которые частично сохранились, тогда как основная их часть обрушилась:
Археолог обратила внимание на своды, которые частично сохранились, тогда как основная их часть обрушилась:
«Общая длина этой постройки — 11 метров 20 сантиметров, ширина — 6 метров. То есть это большой дом. Чей это дом — понятно, что принадлежал он какому-то статусному человеку», — отметила Наталья Сарафанова.
Руководитель раскопок также рассказала о находке, сделанной в конце сентября: после расчистки полов подвала найдена единственная уцелевшая плитка зеленоватого оттенка, лежавшая на своём историческом месте.
«Это тоже интересно, потому что всё остальное покрытие пола сохранилось плохо, а вот одна плитка лежала на месте — там, где она была и где по ней ходили», — подчеркнула она.
По словам Сарафановой, хорошо сохранились стены с входом в подвал, оформленным в виде арки:
«Это полуплинфы, и арка заканчивалась щипцом наверху. Вот такая интересная постройка», — резюмировала археолог.
Фото: "Печь.Инфо"
Наталья Алексеевна высказала предположение, что в более позднее время, возможно, в здании квартировались немецкие солдаты, после чего дом либо взорвали, либо он разрушился сам:
«И тут всё немецкое было в подвале — и колючая проволока, и немецкие тарелки, вся бытовая посуда немецкая», — добавила она.
Отдельно Наталья Сарафанова прокомментировала знаки на плинфе:
Фото: "Печь.Инфо"
«Они, видите, выпуклые, очень хорошо читаются рельефные знаки. Вероятно, это буквы: «Ч» — перевёрнутая и обычная, буква «Л» — встречается здесь довольно часто, а также «П» и «Н». Все эти буквы — знак мастера, того, кто изготовил кирпич».
Фото: "Печь.Инфо"
Говоря о полах, археолог отметила, что, несмотря на разрушенное состояние, их основание, устроенное на песчаной подсыпке, остаётся плотным. Она выразила восхищение трудом средневековых строителей:
«Всё это находится в очень плотном суглинке. Я не представляю, как средневековые люди его копали — мы и сейчас с трудом справляемся лопатами. А ведь они затратили огромные усилия, чтобы выкопать эту яму и устроить подвал. Это практически каменный материк, суглинок, очень плотный, твёрдый, не берётся лопатами».
«Да, это сенсация, — заключила Наталья Сарафанова. — Потому что, во-первых, сохранился дверной проём, сохранился полный объём. Это гражданская архитектура, таких объектов в России всего пять. Мы можем даже представить, как люди здесь ходили в полный рост. И самое главное — сохранилась арка. Интересна и сама конструкция: стены находятся в материке, а к ним примыкает стена для арки. Арка начинается от стены, опираясь как бы на неё».
Археологическое чудо в Смоленске
Журналистов «Печь.Инфо» ждало настоящее чудо — стол «сокровищами», находками археологов. Наталья Алексеевна отметила:
Журналистов «Печь.Инфо» ждало настоящее чудо — стол «сокровищами», находками археологов. Наталья Алексеевна отметила:
Фото: "Печь.Инфо"
«Когда я говорю о крестиках, о предметах личного благочестия, я имею в виду нательные кресты. Мы нашли интересный крестик. Здесь ещё сохранилась эмаль, внутри — залитый крестик. Это небольшой нательный крест, люди его носили, а потом потеряли. Также найден энколпион — крест из двух створок, в который закладывалась частичка мощей. Такой крест с частичкой мощей носили на груди. Но это не простой предмет: обычные горожане не могли себе такое позволить. Это статусная вещь. Её владелец, вероятно, был человеком богатым — возможно, боярином, купцом или князем, тем, кто мог приобрести и носить подобный предмет.
С учётом того, что здесь найдены две печати князя... В данном случае мы пока не можем сказать, какому князю эти печати принадлежали. Но мы знаем дату — вторая половина XII века. А если учесть, что во второй половине XII века в Смоленске появляется своя собственная княжеская династия — Ростиславичи, — то, соответственно, мы можем предположить, что это могли быть именно они. Дальнейший анализ и изучение печатей, я надеюсь, принесут нам понимание, кто это был — Ростислав Мстиславич, может быть, или его дети».
«Экскурсию» по находкам продолжил Клим Мельник, лаборант Смоленской экспедиции Института археологии РАН, эксперт-вещевед. Он предложил обратить внимание на украшения.
Фото: "Печь.Инфо"
Среди типичных для древнерусских городов находок — кольцо из медного плава, датированное примерно XII–XIII веками. Ещё одним украшением, которое он показал, была лунница — исключительно женский аксессуар, к сожалению, немного обломанный и довольно хрупкий.
Особый интерес, по словам эксперта, представляет замечательная фибула (застёжка для одежды), у которой сохранилось даже подвижное кольцо. Оно ложновитое, что создаёт иллюзию, будто сплетено из нескольких проволочек. Также археологи обнаружили крючок из медного сплава с навершием в виде птицы. Клим Мельник отметил, что назначение этого изделия пока остаётся загадкой, и специалисты продолжают поиск аналогий.
Среди металлических находок выделяется статусный и дорогой элемент чиновничьей сабли образца 1857 года. Он выполнен из медного сплава, покрыт золотом и украшен рельефными рисунками, различающимися с двух сторон.
Отдельно Клим Мельник рассказал о бусах, которые находили на всех площадках раскопок. В качестве примера он продемонстрировал крупную бусину XVIII века из горного хрусталя. По его словам, до XV века подобные бусины были особенно ценны, поскольку мастера ещё не умели производить по-настоящему бесцветное стекло — оно всегда имело желтоватый или иной оттенок, а горный хрусталь являлся кристально чистым.
Особый интерес, по словам эксперта, представляет замечательная фибула (застёжка для одежды), у которой сохранилось даже подвижное кольцо. Оно ложновитое, что создаёт иллюзию, будто сплетено из нескольких проволочек. Также археологи обнаружили крючок из медного сплава с навершием в виде птицы. Клим Мельник отметил, что назначение этого изделия пока остаётся загадкой, и специалисты продолжают поиск аналогий.
Среди металлических находок выделяется статусный и дорогой элемент чиновничьей сабли образца 1857 года. Он выполнен из медного сплава, покрыт золотом и украшен рельефными рисунками, различающимися с двух сторон.
Отдельно Клим Мельник рассказал о бусах, которые находили на всех площадках раскопок. В качестве примера он продемонстрировал крупную бусину XVIII века из горного хрусталя. По его словам, до XV века подобные бусины были особенно ценны, поскольку мастера ещё не умели производить по-настоящему бесцветное стекло — оно всегда имело желтоватый или иной оттенок, а горный хрусталь являлся кристально чистым.
Фото: vk.com/clubseiaran
Также найдено большое количество стеклянных браслетов — на столе представлены лишь пять из многих десятков. Как пояснил эксперт, это было исключительно женское украшение, которое носили представительницы всех возрастов, начиная с детского. Например, маленький зелёно-жёлтый браслет подходил только для детской руки. Большинство этих браслетов, по мнению Мельника, относятся к древнерусской производственной школе — их создавали местные мастера или ремесленники из соседних городов для горожан и селян. Лишь небольшая часть была импортирована, например, из Византии.
Фото: vk.com/clubseiaran
Далее рассказчик перешёл к периоду XVII века. В этих слоях было обнаружено множество фрагментов стекла и изразцов. В качестве иллюстрации материальной культуры того времени Мельник показал несколько предметов с других раскопок, но отметил, что подобные вещи встречались и здесь — правда, в виде мелких фрагментов. Среди них — печной изразец с двухцветной поливой, обломки которого нашли внутри постройки на раскопках на территории СмолГУ.
Он добавил, что окна как в Средневековье, так и в раннее Новое время не отличались большими размерами — это могли быть, например, диски, квадраты или прямоугольники со стороной около 15-20 сантиметров. Из таких кусочков стекла могли вырезать фигуры, после чего их вставляли в свинцовую оправу, создавая подобие бесцветных витражей.
После эксперт продемонстрировал фрагмент бокала XVII века, для которого хорошо известны аналоги. Как пояснил Мельник, тогда такие бокалы производили, например, на Волыни (территория современной Украины) в лесных мастерских. Такое расположение позволяло обеспечивать производство дровами и повышало пожарную безопасность, поскольку мастерские находились вдали от жилых построек.
Также был найден стакан, выдутый в форму, — импорт из Европы, и целый поливной кубок с двумя ручками. Что интересно, по словам Мельника, несмотря на трещины, сосуд не пропускает воду, и причина, по которой его выбросили, остаётся неясной.
Далее археолог вернулся к находкам непосредственно с раскопок у СмолГУ. В пределах терема были обнаружены уникальные плитки. Специалист обратил внимание на то, что гончары, видимо, специально использовали глину разных сортов, чтобы после обжига получался сложный узор, впоследствии покрывавшийся глазурью. На одной из плиток можно увидеть, как это выглядело: глазурь — зеленоватая или коричневая — почти отлетела, а само стекло за 800 лет значительно помутнело и потемнело. В окрестностях постройки также встречались так называемые литовские кирпичи-«пальчатки». Некоторые из них после формовки были оббиты со всех сторон, приобретая форму, похожую на восьмигранники или круги.
Ещё одной находкой стал фрагмент изразца печи с изображением всадника в доспехах на коне. Точной датировки пока нет, но, скорее всего, по общему комплексу находок его также можно отнести к XVII веку.
Мельник рассказал и о более поздних объектах, обнаруженных на раскопках для будущего кампуса. Была расчищена часть холодильной ямы — углубления в материке со стенами из брёвен. В её заполнении оказалось огромное количество бытового мусора: битый фарфор и фаянс, множество бутылок, в том числе и целых. Исследователи предполагают, что здание, к которому принадлежал этот погреб, могло «погибнуть» во время Гражданской войны, поскольку в яме нашли только вещи царского времени, а выше этой ямы были слои времён немецкой оккупации и довоенные слои.
Он добавил, что окна как в Средневековье, так и в раннее Новое время не отличались большими размерами — это могли быть, например, диски, квадраты или прямоугольники со стороной около 15-20 сантиметров. Из таких кусочков стекла могли вырезать фигуры, после чего их вставляли в свинцовую оправу, создавая подобие бесцветных витражей.
После эксперт продемонстрировал фрагмент бокала XVII века, для которого хорошо известны аналоги. Как пояснил Мельник, тогда такие бокалы производили, например, на Волыни (территория современной Украины) в лесных мастерских. Такое расположение позволяло обеспечивать производство дровами и повышало пожарную безопасность, поскольку мастерские находились вдали от жилых построек.
Также был найден стакан, выдутый в форму, — импорт из Европы, и целый поливной кубок с двумя ручками. Что интересно, по словам Мельника, несмотря на трещины, сосуд не пропускает воду, и причина, по которой его выбросили, остаётся неясной.
Далее археолог вернулся к находкам непосредственно с раскопок у СмолГУ. В пределах терема были обнаружены уникальные плитки. Специалист обратил внимание на то, что гончары, видимо, специально использовали глину разных сортов, чтобы после обжига получался сложный узор, впоследствии покрывавшийся глазурью. На одной из плиток можно увидеть, как это выглядело: глазурь — зеленоватая или коричневая — почти отлетела, а само стекло за 800 лет значительно помутнело и потемнело. В окрестностях постройки также встречались так называемые литовские кирпичи-«пальчатки». Некоторые из них после формовки были оббиты со всех сторон, приобретая форму, похожую на восьмигранники или круги.
Ещё одной находкой стал фрагмент изразца печи с изображением всадника в доспехах на коне. Точной датировки пока нет, но, скорее всего, по общему комплексу находок его также можно отнести к XVII веку.
Мельник рассказал и о более поздних объектах, обнаруженных на раскопках для будущего кампуса. Была расчищена часть холодильной ямы — углубления в материке со стенами из брёвен. В её заполнении оказалось огромное количество бытового мусора: битый фарфор и фаянс, множество бутылок, в том числе и целых. Исследователи предполагают, что здание, к которому принадлежал этот погреб, могло «погибнуть» во время Гражданской войны, поскольку в яме нашли только вещи царского времени, а выше этой ямы были слои времён немецкой оккупации и довоенные слои.
Фото: "Печь.Инфо"
Среди находок — трёхгранная уксусная бутылка, специально сделанная такой формы, чтобы её не перепутали с другими ёмкостями, и аптечные бутылки, например, с клеймом производства «Р.Кёлер и К°» из Москвы. Мельник отметил, что во второй половине XIX века зарубежные специалисты нередко организовывали в России производство самых разных товаров.
Одна из бутылок с названием Pepto-Kola и вовсе оказалась зарубежной — антиневрастеническое средство. В целом посуды того периода найдено много, в том числе и богатой, но она сейчас находится на стадии обработки.
Среди любопытных индивидуальных находок — костяная зубная щётка. Как пояснил Мельник, в её отверстия набивалась щетина кабана или конский волос. Такая вещь была не из доступных каждому рабочему, иначе подобных находок было бы гораздо больше, что указывает на её статусный характер. На щётке можно прочитать клеймо на английском языке: Eastern Tooth Brush — «Восточная зубная щётка». По одной из версий, её привезли из английских колониальных владений, либо имелось в виду, что это щётка восточного типа, поскольку подобные гигиенические принадлежности (щетинки, набитые на палочку) были изобретены в Китае ещё в XV веке.
Завершил свой рассказ Клим Мельник демонстрацией предметов, связанных с немецкой оккупацией Смоленска. Среди них — фрагмент керамической бутылки, скорее всего, из-под алкоголя вроде шнапса или рижского бальзама, осколки тарелок с характерной символикой, небольшой пузырёк и банка из-под консервов норвежского производства.
Одна из бутылок с названием Pepto-Kola и вовсе оказалась зарубежной — антиневрастеническое средство. В целом посуды того периода найдено много, в том числе и богатой, но она сейчас находится на стадии обработки.
Среди любопытных индивидуальных находок — костяная зубная щётка. Как пояснил Мельник, в её отверстия набивалась щетина кабана или конский волос. Такая вещь была не из доступных каждому рабочему, иначе подобных находок было бы гораздо больше, что указывает на её статусный характер. На щётке можно прочитать клеймо на английском языке: Eastern Tooth Brush — «Восточная зубная щётка». По одной из версий, её привезли из английских колониальных владений, либо имелось в виду, что это щётка восточного типа, поскольку подобные гигиенические принадлежности (щетинки, набитые на палочку) были изобретены в Китае ещё в XV веке.
Завершил свой рассказ Клим Мельник демонстрацией предметов, связанных с немецкой оккупацией Смоленска. Среди них — фрагмент керамической бутылки, скорее всего, из-под алкоголя вроде шнапса или рижского бальзама, осколки тарелок с характерной символикой, небольшой пузырёк и банка из-под консервов норвежского производства.
Сокровища подземного Смоленска: от немецких брикетов TROLL до сияния уранового стекла
Смоленская экспедиция ИА РАН также продолжает раскрывать тайны подземного города на своей странице ВКонтакте. Этот полевой сезон оказался особенно богатым на открытия — от неожиданных следов немецкой оккупации до древнерусских украшений и изысканного дореволюционного стекла.
Немецкие «TROLL» и следы войны
На раскопе по улице Пржевальского под руководством Натальи Сарафановой археологи наткнулись на загадочные тёмные брикеты с клеймом «TROLL». Один из студентов, проходивших практику, предположил, что это шашки со взрывчаткой. К счастью, это немецкие топливные брикеты из прессованного торфа, оставшиеся после оккупации 1941–1943 годов.
Смоленская экспедиция ИА РАН также продолжает раскрывать тайны подземного города на своей странице ВКонтакте. Этот полевой сезон оказался особенно богатым на открытия — от неожиданных следов немецкой оккупации до древнерусских украшений и изысканного дореволюционного стекла.
Немецкие «TROLL» и следы войны
На раскопе по улице Пржевальского под руководством Натальи Сарафановой археологи наткнулись на загадочные тёмные брикеты с клеймом «TROLL». Один из студентов, проходивших практику, предположил, что это шашки со взрывчаткой. К счастью, это немецкие топливные брикеты из прессованного торфа, оставшиеся после оккупации 1941–1943 годов.
Фото: vk.com/clubseiaran
В том же слое нашли цинковые монеты, алюминиевую крышку от котелка, осколки немецкого фарфора с надписью Zur Silberhochzeit («К серебряной свадьбе») и латунные гильзы калибра 7,92×57. К счастью, взрывоопасных предметов среди находок не оказалось.
Древнерусское железо под рентгеном
Археологи впервые просветили рентгеном железные находки из раскопа у СмолГУ. Эксперимент стал возможен благодаря сотрудничеству с областной психиатрической больницей в Гедеоновке.
Результаты превзошли ожидания: рентген позволил определить назначение предметов ещё до расчистки, увидеть скрытые детали, инкрустации и даже следы использования, невидимые невооружённым глазом.
Бусины, браслеты и хрусталь Древней Руси
Как мы и писали, среди находок — десятки стеклянных бусин XI–XIV веков, включая редкую грушевидную фиолетовую, датировка которой пока уточняется. Особое внимание привлекла прозрачная бусина из горного хрусталя — аналогичные украшения известны с XI века, когда бесцветное стекло ещё не умели производить.
Нашлось и множество фрагментов стеклянных браслетов — женских украшений, популярных как в городах, так и в сёлах Древней Руси. Большинство относятся к XII–XIV векам, но встречаются и импортные образцы, например византийские.
Древнерусское железо под рентгеном
Археологи впервые просветили рентгеном железные находки из раскопа у СмолГУ. Эксперимент стал возможен благодаря сотрудничеству с областной психиатрической больницей в Гедеоновке.
Результаты превзошли ожидания: рентген позволил определить назначение предметов ещё до расчистки, увидеть скрытые детали, инкрустации и даже следы использования, невидимые невооружённым глазом.
Бусины, браслеты и хрусталь Древней Руси
Как мы и писали, среди находок — десятки стеклянных бусин XI–XIV веков, включая редкую грушевидную фиолетовую, датировка которой пока уточняется. Особое внимание привлекла прозрачная бусина из горного хрусталя — аналогичные украшения известны с XI века, когда бесцветное стекло ещё не умели производить.
Нашлось и множество фрагментов стеклянных браслетов — женских украшений, популярных как в городах, так и в сёлах Древней Руси. Большинство относятся к XII–XIV векам, но встречаются и импортные образцы, например византийские.
Фото: vk.com/clubseiaran
Сияние уранового стекла
Одним из самых эффектных открытий стала находка уранового стекла — креманки с утраченной ножкой и декоративного листочка. При добавлении соединений урана такое стекло приобретает жёлто-зелёный оттенок и лёгкое свечение на солнце.
Изделия датируются концом XIX – началом XX века и, по мнению археологов, принадлежали состоятельным горожанам. При освещении ультрафиолетом стекло ярко флуоресцирует — эффект, который особенно ценят коллекционеры.
Одним из самых эффектных открытий стала находка уранового стекла — креманки с утраченной ножкой и декоративного листочка. При добавлении соединений урана такое стекло приобретает жёлто-зелёный оттенок и лёгкое свечение на солнце.
Изделия датируются концом XIX – началом XX века и, по мнению археологов, принадлежали состоятельным горожанам. При освещении ультрафиолетом стекло ярко флуоресцирует — эффект, который особенно ценят коллекционеры.
Фото: vk.com/clubseiaran
Учёные подчёркивают: для человека такие предметы безопасны, однако при контакте с кислотами возможно выщелачивание урана — ещё одно напоминание о том, что красота порой требует осторожности.
Опалесцентное стекло и «чайница-облако»
Из того же слоя извлечена стеклянная пудреница из опалесцентного стекла — редкий тип, переливающийся голубыми и оранжевыми тонами.
Опалесцентное стекло и «чайница-облако»
Из того же слоя извлечена стеклянная пудреница из опалесцентного стекла — редкий тип, переливающийся голубыми и оранжевыми тонами.
Фото: vk.com/clubseiaran
Наряду с ней найден и трёхслойный сосуд, выполненный в поразительной технике: внутренний молочно-белый слой, средний — с голубыми «хлопьями» и прозрачная переливающаяся оболочка.
Фото: vk.com/clubseiaran
Такие изделия не только поражают эстетикой, но и демонстрируют, насколько технологически развиты были стеклодувы конца имперской эпохи.
«Каждая находка рассказывает свою историю — от повседневной жизни древних смолян до страниц XX века. Мы видим, как под слоями земли соседствуют артефакты разных эпох — и это делает Смоленск по-настоящему многослойным городом», — считает Наталья Сарафанова.
